Тем временем Тамлин тяжело вздохнул и убрал когти. У него на груди, словно из воздуха, появилась перевязь с ножами, но Тамлин ни одного не взял. Он развалился на стуле и как ни в чем не бывало принялся чистить ногти.
Я помнила шипящий голос Аттора. Тамлин говорил, что есть твари и похуже. Хуже нагов, суриеля и богге.
В коридоре послышались шаги — легкие, уверенные, непринужденные.
Тамлин продолжал чистить ногти. Ласэн делал вид, что глядит в окно. Шаги звучали все громче, раздавался стук каблуков по мраморным плитам.
Вскоре я увидела и нежданного гостя.
Маски на его лице не было. Как и Аттор, он принадлежал к другому Двору. Это был…
Я мысленно выругалась… Я его узнала! Это он в Ночь огня спас меня от трех назойливых фэйри.
Он шел с изяществом большой дикой кошки. Подойдя к столу, остановился локтях в пяти-шести от верховного правителя. В облике пришедшего ничего не изменилось. То же богатое одеяние, окруженное щупальцами ночи. Матово-черный камзол, украшенный золотым и серебряным шитьем. Широкие панталоны.
Черные сапоги до колен. Я так и не отважилась написать его портрет. Да и вряд ли когда-нибудь отважусь.
— Приветствую тебя, верховный правитель, — вкрадчиво произнес вошедший.
Тамлин не шелохнулся. Он сидел ко мне спиной, но, судя по тону, визит незваного гостя мог плохо кончиться для последнего.
— Что тебе надо, Ризанд?
Ризанд обаятельнейшим образом улыбнулся и приложил руку к груди.
— Ризанд? Как же так, Тамлин? Мы не виделись сорок девять лет, и ты вдруг называешь меня Ризандом? Так меня зовут лишь пленники и враги.
Его улыбка становилась все более хищной и опасной. У Тамлина я никогда не видела подобной улыбки.
Ризанд повернулся. Я затаила дыхание. Гость скользнул глазами по Ласэну.
— А тебе, Ласэн, очень идет лисья маска.
— Катись в преисподнюю, Ризанд! — огрызнулся Ласэн, вызвав смех пришедшего.
— Меня всегда забавляет общение со сбродом, — сказал Ризанд, снова поворачиваясь к Тамлину.
Я не отваживалась дышать.
— Надеюсь, я не помешал?
— Ты вторгся на середине нашей полуденной трапезы, — ответил ему Тамлин.
В его голосе не слышалось ни одной теплой нотки. Сейчас с Ризандом говорил верховный правитель. Мне показалось, что я леденею изнутри.
— Полуденная трапеза — это святое, — промурлыкал Ризанд.
— Чем обязан твоему появлению, Ризанд? — спросил Тамлин, не меняя позы.
— Заглянул тебя проведать. Захотелось узнать, как поживаешь. Да, ты получил мой подарочек?
— Подарок был неуместным, — сухо сказал Тамлин.
