Зато я знала, что сама стала музыкой, огнем и наступающим вечером. Не было сил и стихий, способных меня остановить.
Тамлин и его музыканты исполняли настолько веселую и радостную музыку, что я сомневалась, сумеет ли мир вместить все это счастье. Я плавно выскользнула из круга и снова очутилась перед ним — моим правителем, защитником, воином и другом. Я танцевала перед ним. Тамлин улыбался, и я не прерывала танца. Вскоре Тамлин поднялся с места, подошел ко мне, опустился на колени в траву и предложил сыграть только для меня.
Музыка только для меня! Его подарок. Тамлин играл, быстрые, сильные пальцы скользили по струнам. Мое тело извивалось змеей. Я запрокинула голову к небу и открылась музыке Тамлина, чтобы она заполнила меня до краев.
Потом меня обхватили за талию и перенесли обратно в круг танцующих. Я смеялась так, что была готова лопнуть от смеха. Открыв глаза, я увидела Тамлина. Он кружил меня в танце.
Все краски и звуки подернулись дымкой. Я видела только его. Он был единственным, кто не давал мне окончательно выскользнуть из разума и тела.
Каждое его прикосновение обжигало.
Я была полна солнечного света. Казалось, что только сейчас я по-настоящему прочувствовала лето. Время, которое в моей прежней жизни называлось летом, было лишь короткой передышкой между концом и началом зимы, когда лес, едва успев оттаять, снова покрывался ледяной коркой. Я не хотела, чтобы праздник летнего солнцестояния кончался. Мне не хотелось уходить с этого холма.
Музыка смолкла. Глотая воздух ртом, я смотрела на восходящую луну.
Все мое тело стало липким от пота.
Тамлин взял меня за руку. Он тоже тяжело дышал.
— Когда выпьешь фэйрийского вина, время идет быстрее, — сказал он.
— Я совсем не пьяная, — фыркнула я.
Он лишь усмехнулся и повел меня из круга танцующих. Мы подошли к костру. Тем временем музыканты, передохнув и промочив горло, собирались возобновить игру.
— Сейчас снова будут танцевать.
Тамлин наклонился ко мне.
— Я хочу тебе показать кое-что получше, — шепнул он, лаская своим дыханием мое ухо.
"
"Я не возражала, и Тамлин повел меня вниз. Он старался выбирать такой путь, чтобы под моими босыми ногами не оказалось ничего, кроме шелковистых трав. Музыка с вершины холма звучала все тише и вскоре затихла совсем. Теперь я слышала лишь вздохи деревьев, раскачиваемых легким ветром.
— Идем туда.
Тамлин показал на край большого луга. Его рука обнимала меня за плечи.
Высокие травы колыхались, как волны. Луна изливала на них свой меркнущий свет.
