Сколько в нем было боли и неимоверной усталости. Такое лицо Риз тщательно скрывал от глаз других.
Я встала на колени и поцеловала его в щеку, мои губы коснулись теплой, мягкой кожи. Все окончилось раньше, чем началось. Но как часто, проснувшись после кошмарного сна, я хотела, чтобы кто-то вот так же поцеловал меня в щеку.
Он смотрел, как я слезала с кровати, не пытаясь меня удержать. У двери я остановилась и еще раз взглянула на него.
Риз по-прежнему стоял на коленях, разметав крылья по белым простыням и склонив голову.
Почти всю его золотистую кожу покрывали узоры татуировки. Темный павший принц.
У меня в мозгу мелькнула картина, написанная красками.
Мелькнула и застыла на какое-то время, пока не начала тускнеть. Но совсем она не исчезла. Она слабо мерцала, заполняя невидимую дыру в моей груди.
Дыру, которая медленно затягивалась.
Глава 39
На следующий день я отправилась к Амрене и с порога спросила у нее:
— Ты сумеешь расшифровать Книгу, когда мы добудем вторую половину?
Амрена занимала третий, мансардный этаж дома, и потолок у нее был наклонным, повторяя очертания крыши.
Окон было всего два, но зато большие, одно напротив другого. Первое выходило на Сидру, второе — на окаймленную деревьями городскую площадь. Все жилье состояло из одной громадной комнаты. Истершийся паркет покрывали такие же истершиеся ковры. Мебель стояла не возле стен, а где придется, словно Амрена постоянно ее двигала."
"Единственным предметом мебели, заслужившим постоянное место, была чудовищно большая кровать под балдахином — она и удостоилась чести стоять у стены.
Кухня отсутствовала, наличествовали только длинный стол и жарко пылающий очаг. Настолько жарко, что я сразу вспомнила изнурительную жару Двора лета. Снежок, выпавший ночью, успел растаять на сухом зимнем солнце. Погода была умеренно холодной — как раз для бодрящей прогулки пешком.
Амрена восседала за низким столом, заваленным бумагами. Услышав мой вопрос, она оторвала взгляд от блестящего металлического листа Книги и подняла голову.
Ее лицо было бледнее обычного. Даже губы побелели.
— Прошло слишком много времени с тех пор, как я пользовалась этим языком. — Она не сказала «говорила на этом языке». — Прежде чем браться за Книгу, нужно снова им овладеть. Надеюсь, к тому времени высокомерные королевы отдадут нам вторую половину.
— И сколько времени у тебя займет восстановление языка?
— А разве его темное величество не сообщил тебе? — удивилась Амрена, возвращаясь к Книге.
