Пушкин зашел в меловой круг, показывая беспомощность и колдовских чар, и родовых проклятий, и всяких призраков. Беспомощность перед разумом. И математикой. Ну и сыскной полицией, разумеется.
– Ваш брат, Григорий Филиппович, провел здесь ритуал, – сказал Пушкин, оглядываясь и невольно проверяя: не появилось ли чего-то нового.
Твердость и спокойствие чиновника полиции оказали целительное действие. Виктор Филиппович немного успокоился. Взгляд его стал осмысленным.
– Ритуал? Какой ритуал?
– Ритуал снятия проклятий.
По методике средневековых магов. Нарисовал мелом пентакль, разместил по концам лучей каббалистические символы и черные свечи. Зарезал петуха и выпустил его кровь. Сам же был в кальсонах и сорочке в центре пентакля на коленях.
– Гриша?! – проговорил Виктор Филиппович с таким изумлением, будто не ждал от брата подобной лихости. – Он сам все это сделал? Петуха зарезал?
– Не похоже на привычки вашего брата?
Немировский окончательно оправился. Страх был побежден. Он сделал несколько шагов к пентаклю, но не решился пересечь меловую черту.
– Гришка крови боялся, не то что петуха зарезать. Значит, провел все-таки ритуал. Решился…
– Намекал вам на это или говорил прямо?
– Говорил, что нашел средство избежать проклятия. Научился ворожить или что-то такое. Я не верил, думал, просто так болтает. А он… Какой молодец. – Тут Виктору Филипповичу в голову пришла мысль, которая стала для него откровением. – Позвольте, но если Гриша провел ритуал, выходит, проклятие снято? Почему же мне записка от него пришла?
На такие вопросы сыскная полиция отвечать не может.
– Ваш брат не говорил, что ему кто-то обещал помощь в магии?
Виктор Филиппович отрицательно мотнул головой.
– Не знаю, Гриша ничего толком не говорил, все намеками.
– Намеки на конкретную личность?
– Не знаю. Ничего не знаю…
– Кто из знакомых вашего брата имеет инициалы «А.К.»?
Тяжелой голове нелегко справляться с работой мысли. Немировский тужился. Но так никого и не смог вспомнить.
– Не припомню таких людей, никто не подходит.
Чем вызван ваш интерес?
– Вечером девятнадцатого декабря у Григория Филипповича была назначена встреча с господином, носящим эти инициалы.
– Господин Пушкин, позволите вопрос не из любопытства?
Ему позволили.
– Отчего же Гришка умер? Не справился с… с призраком?
Из спальни раздался звук, будто треснула половица. Или сломалась сухая ветка. Немировский охнул и схватился руками за шею, словно невидимые руки душили его. Страх вернулся с новой силой.
