Лучшая подруга не покидала столицу, она сидела в Москве, готовила спектакль.
Вне себя от негодования Рубакина кинулась в клинику. На пороге ее встретил охранник.
— Нельзя сюда. Уходите. Уже закрыто. На часы смотрели?
— Немедленно сообщите Павловой, что прибыла Рубакина, — заорала Светлана, — если она меня не впустит, я отправляюсь прямиком в прокуратуру. Мне есть что там рассказать.
Наташа выскочила на крыльцо через минуту.
— Светусик! Я…
Рубакина влетела внутрь. Что она сказала Наташе, лучше не повторять. Разговор происходил в палате, где лежал Анатолий, он молчал.
Когда женщины выдохлись, перестали орать друг на друга, он сказал:
— Светка, решай: ты с нами или нет. Да? Живем вместе счастливо. Нет? Остаешься одна. Третьего не дано. Натка, оставь нас вдвоем.
Павлова послушно ушла. Митин взял Светлану за руку.
— Я не гад, не сволочь, не мерзавец. Просто попал в ужасное положение. Сейчас пытаюсь выбраться. Полагаешь, мне в кайф народ дурить? Выбора нет! Не хотел тебе правду говорить, да придется.
Слушай! Расскажу то, о чем никому никогда не сообщал.
И на Светлану рухнул водопад сведений.
Не было в Москве второго такого бабника, как Юрий Михайлович, отец Анатолия. Алена Евгеньевна, мать актера, всегда узнавала об очередной интрижке мужа, и в доме стартовал скандал. Детство и юность Толи прошли под крики и драки. Алена швыряла в супруга чем попало, материлась, орала:
— Убирайся вон, …!
Отец хватал сумку и уносился. Куда? Сын и жена понятия не имели. Когда супруг покидал дом, Алена впадала в истерику и пыталась выброситься из окна.
Маленький Толя пугался до потери пульса, кидался к маме, рыдал:
— Нет, нет! Пожалуйста, не надо!
— Хорошо, — соглашалась мать и спускалась с подоконника, — вот тебе телефон, звони дяде Володе, расскажи ему, как меня еле-еле от самоубийства удержал.
Когда Толик впервые, путаясь в словах, рассказал Владимиру Мироновичу, лучшему другу отца, что происходит дома, тот велел:
— Держи мать за руку, не отпускай.
Через полчаса отец вернулся с букетом, родители заперлись в спальне, а дядя Володя пошел с Толиком в зоопарк.
Уловка сработала и во второй раз, в третий, четвертый… но потом Владимир Миронович приказал:
— Толян, иди ко мне живо.
— Мамочка из окна сейчас выпрыгнет, — задрожал мальчик.
— Немедленно сюда, — рявкнул дядя Вова, — как только ты уйдешь из дома, в квартиру вернется отец.
Толик поверил и убежал, сказав матери:"
"— Папочка сейчас вернется.
Владимир Миронович оставил его у себя на ночь.
