Михаил ничего не понял. Только пожал плечами: виновата не Мила, а следующая смена. Врачи «Скорой», не собравшие анамнез у родственников. Реаниматологи, которые не почесались, когда из лаборатории пришел низкий гемоглобин. А Мила при чем? Ее вызвали на дренаж, она и поставила дренаж!
Слушая мужа, Мила почувствовала, что ее сознание становится каким-то двухслойным. Вроде матрешки. Снаружи – понимание, что она успешная женщина, хороший специалист, замужем за приличным человеком, по крайней мере, не алкашом, живет в интеллигентной семье с тактичной свекровью и хорошими племянниками (не наркоманы, уже прекрасно).
А внутренняя, спрятанная под нагромождением вымученных мыслей Мила думает совсем иначе. Судьба незаслуженно обделила ее, из всех радостей оставив только радость честно трудиться. А в ответ на мольбы о личном счастье швырнула муженька эконом-класса. Он даже не понимает, о чем она говорит! Глупец и лентяй. Настоящая амеба, просто удивительно, почему он еще не размножается простым делением!
Ведь бывают же мужья, которые скажут в таком случае: да бросай ты вообще на хрен эту каторгу! Сто лет она тебе не сдалась! Будешь еще себе душу травить! Занимайся домом и ни о чем не волнуйся, а если уж не хочешь совсем бросать профессию, оставь себе полставки доцента лекции читать!
Почему ей не достался такой роскошный мужик, как Жене? Чем эта малявка заслужила счастье и все остальное? Тут сознание опять раздвоилось.
Верхний слой радовался за племянницу, признавал справедливость такого сказочного брака и желал добра, а в глубине души вдруг заворочалась черная змея зависти…
* * *Прежняя Женя воспринимала большинство окружающих либо как родителей, либо как начальников.
Само собой разумелось, что она должна слушаться, быть приятной в общении и производить хорошее впечатление.
И замуж она выходила так же – отдавала себя в распоряжение супруга-руководителя, a priori признав его более умным и опытным. Женя собиралась быть такой, какой ему хотелось бы ее видеть.
Но вечер визита Натальи Павловны послужил началом перелома в отношениях супругов.
Как-то неожиданно они с Долгосабуровым оказались равны. Не одинаковы, но одинаково важны, как, например, руки и ноги.
Теперь, вспоминая первые дни брака, Женя думала, какой же она была глупой, сидела, как партизан в засаде, и пыталась быть приятной."
"Постепенно выяснилось, что она может возражать мужу, упрямиться и не уступать, и это его вовсе не злит. Но и разозлить его она тоже уже не боялась, просто поводов не было.
