Та сначала стеснялась, а потом протянула тонкую руку и стала осторожно перелистывать страницы. Кажется, Ольга не могла читать, но красочные рисунки увлекали ее.
Руслан осторожно придерживал ее за талию. Когда с ней случилось несчастье, он выбрал прямую линию поведения: не прятал жену и не делал секрета из ее состояния. Разумеется, он не откровенничал с каждым встречным-поперечным, но если, например, Ольге нужно было вылечить зуб, Волчеткин спокойно приводил ее в свою клинику.
И то, что могло бы стать его постыдной тайной, превратилось просто в печальное обстоятельство жизни профессора, всем известное и потому скучное для пересудов.
– А мне бы какой-нибудь детективчик…
Кивнув, Женя положила перед Ольгой новую порцию сказок и отошла к секции остросюжетной литературы. Наугад вытащила несколько томиков, но все обложки показались ей слишком пестрыми. Женя подумала, что детективы надо оформлять в темных, загадочных полутонах… Хотя если в книге кровь льется ведрами, наверное, она просочится и на обложку.
Видя ее колебания, Руслан махнул рукой, мол, ладно, не надо! Склонившись к Ольге, он что-то прошептал ей на ухо, она улыбнулась и взяла в руки две книги.
Женя встала за кассу, профессор пошутил по поводу ее серьезного вида. Уложив книги в фирменный пакет, Женя помедлила. Ей хотелось сделать для Ольги что-то хорошее, порадовать ее, словно та и впрямь была пятилетней девочкой.
Проследив ее взгляд, Женя положила в пакет большую открытку с мишкой Тедди.
– Подарок от магазина, – объявила она.
Ольга счастливо вздохнула.
– Хорошо здесь, – улыбнулся Руслан, – мы еще как-нибудь заглянем…
– Буду рада.
Сквозь стеклянную дверь Женя смотрела им вслед. Руслан держал Ольгу за талию, она льнула к нему. Статный мужчина, симпатичная женщина в кожаном плаще – если смотреть со стороны, обычная дружная пара.
А они и есть пара, вдруг поняла Женя, и от этой мысли ей опять стало грустно.
Глава 6
Усталость давно превратилась из временной гостьи в капризную и жадную обитательницу Милиной души. Мила пыталась умилостивить ее, как дикарь – языческое божество, но усталость не принимала ни сон, ни прогулки, ни чтение.
"
"Мила бестолково слонялась по квартире после суточных дежурств, прикладывалась на кровать, но стоило голове коснуться подушки, как сон пропадал, а за книгой или фильмом она сразу начинала клевать носом. Прогулки, на которые вытаскивал ее Михаил, быстро утомляли.
Брезгуя отдыхом и сном, Милина усталость самовольно лопала другое – радость и бодрость духа.
