– Трэ бьен. Решай с датой. Пока!
Она долго сидела, глядя в погасший экран. Представляла себя ходящей по Лувру, сидящей вместе с сыном в кафе на Монмартре… Но разве такое представишь?!
– Милочка, не помешаю? – в гостиную вплыла Наталья Павловна.
С возвращением на работу выздоровевшего Спасского Мила окончательно перешла на суточный график. Поначалу она переживала, что теперь будет проводить много времени дома, со свекровью, и еще неизвестно, что из этого выйдет.
Но все как-то устроилось.
Наталья Павловна проявляла деликатность, стараясь не нарушать Милино личное пространство без необходимости. Но главная причина, конечно, заключалась в том, что Мила постепенно избавлялась от изматывающей усталости, и депрессии больше не посещали ее. Она перестала воспринимать домашних как объекты, требующие денежных затрат и непрерывного кормления, и начала видеть в них близких людей. Неожиданно для себя она стала интересоваться их мнениями и планами и делиться своими.
Теперь она готовила и убирала не торопясь, со вкусом, получая удовольствие от домашних дел. А на прошлой неделе записалась на спортивные занятия. Как вовремя! Может, удастся хоть немного похудеть перед Парижем.
– У меня новость, Наталья Павловна. Колька зовет в Париж.
– Милочка… – всплеснув руками, свекровь опустилась в кресло. – Милочка, вы не находите, что в нашей семье в последнее время только хорошие новости? Володеньку хвалит профессор Гринберг, Евгения в положении, а вы едете в Париж.
Я просто счастлива, дорогая!
– Приглашение было таким неожиданным, – улыбнулась Мила. – Мне пока его не осмыслить. Я прогуляюсь, пожалуй.
– Конечно, идите! И не забудьте заскочить в торговый центр, – хитро улыбнулась пожилая дама. – Для Парижа нужны туалеты.
Мила обошла парк, посидела на скамейке, вдыхая клейкий запах свежей листвы, и решила возвращаться. Миша скоро приедет с работы, Внуки вернутся с занятий, а ужин не готов.
Проходя мимо обувного магазина, она привычно повернула голову, чтобы посмотреть на сумку своей мечты. Та по-прежнему красовалась в витрине, под плакатом, приглашающим на распродажу.
Сумка ей все равно нужна, пусть не эта, так другая, подешевле. С Милиной в Париж не поедешь.
Она зашла в магазин. Любуясь сумкой в витрине, она даже не интересовалась ценой, заведомо считая ее запредельной.
