Мы с ним на одной кафедре, да и вообще уже сто лет знакомы. В параллельных группах учились.
Перевожу на него взгляд. Приятный парень. Чуть выше меня, крепкий, с растрепанными студеным весенним ветром светло-русыми волосами.
— А это Злата — моя сестра, — с гордостью добавляет Анечка.
— Значит, у нас теперь две красивых аспирантки Русиных, — улыбается он, и в глазах огни веселые горят.
Забавный. Улыбаюсь ему в ответ:
— Две.
— Не перепутать бы.
— Не перепутаешь, — усмехаюсь, подмигивая Ане.
Все вместе заходим внутрь.
Пока они обсуждают какой-то проект, я беру в автомате кружку американо в тщетной попытке согреться.
Потом мы поднимаемся на второй этаж к нужной аудитории. Сестра болтает то с одним, то с другим, представляет меня всем подряд, а я лишь улыбаюсь и киваю головой, понимая, что половину из них не запомню.
После очередного знакомства Аня хмурится и, подняв брови, взглядом указывает куда-то в сторону. Я оборачиваюсь и обнаруживаю недалеко от нас высокую девушку. Красивые блестящие волосы, медное омбре, подтянутая фигура, длинные ноги.
Модные джинсы, молочного цвета джемпер с глубоким вырезом, по шее вниз на спину убегает цветная, причудливая татуировка.
Эффектная барышня. Ей место где-нибудь в модельном агентстве, а не в аспирантуре технического вуза.
Они с Аней обмениваются сдержанными кивками в качестве приветствия. Меня же она вообще игнорирует, скользнув равнодушным взглядом.
Да и плевать на нее.
Я беспечно жму плечами, поднимаюсь на несколько рядов выше и сажусь на жесткую, изрисованную усердными студентами лавку.
— Это Любка, — шепотом сообщает Аня, склонившись к моему уху.
— Какая Любка?
— Та самая, с которой Краев периодически зажигает…зажигал.
Вон оно что! Снова смотрю на Тимофееву, чувствуя внутри неприятный ком. Это еще не ревность, но уже что-то неприятное.
Фыркнув, отвожу от нее взгляд:
— Наплевать! Зажигал и зажигал. У каждого свое прошлое. Я, знаешь ли, тоже в девственницах не сидела, ожидая, когда нас с ним судьба сведет.
— Я просто тебя предупреждаю, — Аня хмурится, — Тимофеева цепкая, от нее так просто не отвяжешься.
— Я учту.
У Любы звонит телефон, и она торопливо отвечает:
— Да, Виталь, — у нее красивый, голос, грудной. Голос сытой, довольно пантеры.
Она ласково мурлыкает, общаясь с неким Виталей, и судя по словам «милый», «любимый» — все у них хорошо.
И мне это очень-очень-очень нравится.
Хорошо, когда в личной жизни у других все хорошо.
