Наконец голени освободились – но ступить на ногу он все равно не мог! И боль ничуть не отпускала."
"Предвкушая очередную вспышку острой боли, Зверев качнулся вперед, упал, подполз к мирно посапывающему палачу. Смочил палец в своей крови, начертал тому крест на лбу, другой – на ямочке жизни, что меж ключицами, третий крест поставил на животе. Наклонился к самому лицу, прочитал заклинание Мары: заклятие смерти, вырывающее у человека душу, – и тотчас приник к губам несчастного, всасывая выскальзывающую из тела жизнь.
Откинулся на спину. Чувствовал себя он бодрее – но резь в ногах не проходила.
– Ладно… Вы хотели поймать колдуна? Так вам это удалось… – Андрей добрался до следователя, все еще сжимающего листок бумаги, высосал жизненную силу у него, поднялся на ноги, дошел до стола и убил еще одного щекастого искателя истины. Теперь он мог уверенно ходить, чувствовал себя бодрым и сильным – но от проклятой боли было не избавиться. Никак.
Андрей оставил остальных следователей, собрал свою одежду, кое-как облачился.
Остановился возле безмятежно раскинувшегося холопа.
– Ну что, дурак косоглазый, блеск золота мозги выел? Жил бы ты на серебре богачом. Потянулся к лишнему – получишь то, чего другим пожелал…
Он вытянул из кожаного карманчика инструмент, похожий на шило, сделал всем умершим по два укола над артерией, потом мазнул губы мальчишки кровью, подтащил его лицом на шею палача. Одного из следователей выволок на середину пола, вложил в руку крест, вытянул его в направлении «вампира».
Картина получилась изумительная: инквизитор пал, останавливая упыря во время кровавого пиршества.
– Теперь выкручивайся, если сможешь.
Он отворил дверь, вышел в темный холодный коридор. Тащили его сюда слева – значит, поворачивать нужно направо. Каждый шаг отдавал мучительной болью. Но не останешься же тут, пока заживет?! Приходилось терпеть, прихрамывая на обе ноги.
Саженей через пятьдесят коридор повернул – и Андрей наткнулся на паренька в кирасе, с мечом на боку.
– Слава Богу! Скажи, где тут выход?
– Впереди… – растерянно ответил караульный. – Напротив окна лестница будет. Она как раз… А ты кто?
– Колдун, – потеряв от боли всякое желание врать и оправдываться, ответил Зверев. – Поймали ваши магистраторы. Стали спрашивать. Я оказался настоящий, вызвал троллей, и их сейчас жрут. Потом к вам выскочат. Хочешь, беги, выручай.
