Владимиру – титул великокняжеский, Шуйским – власть не меньше нынешней. Они сговорятся, ибо обоим одного хочется. Государя нашего извести, да поскорее.
– Проклятье, отец! Вы так спокойно говорите об этом все, словно и не клялись Ивану в верности, Русь защищать не присягали!
– Оно верно, – кивнул боярин Катанин. – Да что поделать-то мы можем? Князь Друцкий ныне верно указал: худородные мы, ничего от нас не зависит. К государю нас никто и близко не допустит, ничего мы в Кремле поменять не способны, слушать нас не станут.
А бузу поднимать – так чуть к дворцу подступись, Шуйские тут же Ивана зарежут да на нас всю вину и свалят. Дело известное! Посему пей пиво, боярин Андрей, да голову не кручинь. Все в руке Господа нашего, он беды не попустит.
– Что, так и оставим?
– То не наши хлопоты, друг, – вмешался в разговор Иван Кошкин. – Нам что князь Владимир Старицкий, что Иван Четвертый – все едино. Поместий нам лишних не дадут, тягла лишнего на нас не наложат. Все едино в ополчение, на службу государеву что ни год ходить станем, с басурманами да схизматиками биться, свои боевые за службу ратную получать.
Не печалься, без войны жизнь твоя не останется, еще добудешь славы молодецкой. Эй, Терентий! Несите братчину нам, заждались други мои!
Возможно, для бояр разницы никакой и не имелось, кому достанется нынешним летом русский трон. Но вот для Андрея была – и немалая. Он не слыл отличником по истории, не мог перечислить всех правителей по именам. Но того, что в средневековой истории России маловато было правителей по имени Владимир, он помнил хорошо.
В Киевской Руси один княжил, Креститель. Да, еще Мономах… Но царей с таким именем не было. Точно не было! А значит… Значит, история мира, в котором он находится, прямо сейчас, у него на глазах, уходит куда-то в сторону. Не будет царя Ивана Четвертого – не будет и его, Андреева, дома, школы, его мира. Вот почему зеркало Велеса упрямо не желает видеть настоящего будущего! Его действительно пока нет.
Нет! И вернуться домой он не может, потому что некуда. Лютобор прав: некуда возвращаться. Его будущего не существует!
– Хватит кручиниться, боярин Андрей! – позвали гости. – Братчину лучше с нами выпей да песню спой. Не грусти, все, что ни делается – к лучшему!
Как раз в последнем Зверев был очень, очень сильно не уверен.
Новик хорошенько приложился к пиву, запил его кисловатым рейнским вином, придвинул лоток с заливной лосиной.
