— И что ты предлагаешь? Сохранить этот брак? Ты будешь продолжать трахать шлюх, а я заведу любовника. И все счастливы? Да?
— Нет, — смеётся. Действительно, хорошая шутка. — Женщина не может себе позволить то, что может позволить мужчина. Я уже должен был закопать тебя вместе с твоим щенком где-то в лесу. А лучше оставить ваши трупы там, чтобы их обглодали волки.
— Ты женоненавистник, сексист и тиран.
— Да, — даже не отрицает. — И я этого никогда не скрывал. Он посмел не просто тронуть мою жену! — уже злится, начиная говорить сквозь зубы.
— Он в общем решил, что можно безнаказанно тронуть моё. И это уже совсем другое дело.
— Я сама его соблазнила! — тоже взрываюсь, пытаясь защитить Дениса.
— А это не имеет значения. Значит, я не внушаю достаточно страха в своих людей. Мало того, что он трахнул мою жену, так ещё посмел шантажировать и устраивать проблемы. Какой-то сукин сын мне угрожает! Ты же знаешь, что я делаю с такими выродками?! Я сам, сука, утону, но его заберу с собой. Никому не позволю делать из меня лоха! Если бы позволял, то не был бы сейчас тем, кто я есть!
Олег залпом допивает свой виски, резко встаёт с кресла и снова идёт к бару.
Тоже молча допиваю вино. Закрываю глаза, дышу.
Олег снова возвращается, протягивая мне бокал. Принимаю.
— Отпусти меня, пожалуйста, — тихо и очень искренне прошу его. — Я не буду судиться и требовать свою долю, ничего не возьму, даже вещи свои. Просто уйду вот так, как есть. Подпишу нужные документы. Денис тоже ничего не предпримет.
Ваши тайны останутся с вами. Я клянусь тебе, Олег. Отпусти.
Он молча подходит к панорамному окну, пьёт виски и молчит. Спина ровная, напряжённая.
Я даже не ненавижу его сейчас. Олег, в отличие от моего отца, хотя бы разговаривает со мной.
— Ну зачем тебе жена-враг? Зачем держать рядом с собой бомбу замедленного действия? А я ведь выжду момент и ударю. Ты меня тоже знаешь. Запрете в психушке, так зачем вам такая слава – ненормальная супруга и дочь? Это тоже бьёт по репутации.
А так… Ну можешь сказать, что я была тебе неверна, а я подтвержу. Пожалуйста, Олег… — уже умоляю. — Ты так подвязан с моим отцом, что наш развод уже ничего не изменит. Он же у тебя на крючке. Как скажешь, так и будет.
Выдыхаюсь. Словно на эту речь я потратила все силы. А Олег застыл возле окна. Молчит.
Еще несколько минут этой тишины, и я начну крушить всё вокруг. Всё, слов и просьб у меня больше нет. Пошел обратный отсчет до моего срыва.
Три, два, один...
