Его интеллект казался мне сексуальным. Пока я не поняла, что у этого демона есть и темная сторона, прикрытая маской интеллигентности.
Молча смотрю, как Олег выливает бутылку вина в специальный кувшин, чтобы оно подышало.
Ох, эти его педантичные ритуалы...
Закатываю глаза, отхожу от бара, сажусь в кресло.
— Почему ты дома?
— Где же мне быть? — спрашивает Олег, наполняя свой бокал льдом. — Это мой дом.
— Обычно твои вечера, да и ночи проходят вне дома.
— Сегодня решил уделить время тебе, моя неверная супруга, — в голосе яд.
Олег, как истинный скорпион, жалит, при этом сохраняя пугающее спокойствие.
— Что же раньше не уделял мне время? — тоже кусаю его в ответ. Вины я за собой не чувствую.
— Это моя ошибка, прости, не идеален, — ухмыляется, закатывает рукава рубашки и наливает мне вина. Подходит ко мне, протягивает бокал. Беру, вдыхая запах вина.
— Яду подсыпал? — усмехаюсь, демонстративно отпивая.
— Мне несколько льстит, что ты готова принять из моих рук даже яд.
Но нет, хотя это, наверное, многое бы решило. Безутешный вдовец выглядит красивее, чем рогоносец. Не находишь? — смеется, садясь в кресло напротив меня.
Нас разделяет журнальный столик. В полумраке силуэт Олега выглядит устрашающе. Тишина, слышен только звон льда в бокале Олега, которым он играет.
— Найди себе куклу, Олег. Такую милую овечку, которая будет красиво хлопать ресницами и заглядывать тебе в рот за твои деньги. Будешь выставлять ее обществу, как ценный экспонат.
Выдрессируешь под себя, как надо, воспитаешь, и будет тебе счастье, — предлагаю ему.
— А я семь лет назад, когда женился на тебе, полагал, что так и будет. Опять прокол. Старею, наверное, совершаю ошибку за ошибкой, — качает головой. — И где гарантия, что следующая моя супруга, послушная красивая кукла, не превратится в тебя, ведьму? Я безжалостно порчу женщин, — устало выдыхает он.
— А женщин надо любить, чтобы они продолжали быть верны тебе и позволяли собой управлять.
— Чего нет, того нет. Не умею я любить, — разводит руками.
— То есть ты даже не скрываешь, что никогда меня не любил? —выгибаю брови. Голова кружится, тело ватное, я пьяная. И язык мой развязывается. Да и незачем нам больше подбирать слова.
— А ты любила?
— Казалось, что да…
— Вот именно, что казалось, Нелли. Это всё иллюзия, никому не нужная лирика. Любви нет, есть страсть, похоть, желание, но временное. А брак, тем более по расчёту – это реалии.
