Я не знала, что ты здесь.
Сэмюэль взял у меня чашку.
— Спасибо, София. Ты просто спасительница.
Он выпил кофе двумя глотками, потом вздохнул и откинулся на спинку дивана, но не потрудился подняться с пола.
— Хочешь, принесу еще кофе?
Он усмехнулся.
— Должно быть, я выгляжу дерьмово.
Я прикусила губу.
— Ты не выглядишь хорошо.
— Ты слишком мила, — сказал он, и выражение его лица смягчилось.
Я протянула ему печенье и пошла за дополнительным кофе.
Я хотела помочь Сэмюэлю. Это отвлекало меня от всего произошедшего, и заставляло чувствовать себя полезной.
Когда я вошла в столовую, мама с папой уже ушли, а Аделита убирала со стола.
— Кофе ещё есть? — спросила я.
Она удивленно посмотрела.
— Для Сэмюэля, — уточнила я.
Она улыбнулась, но жалость в ее глазах почти погубила меня. С раннего детства я усвоила, что жалость это нечто нежелательное. Жалость это дар, но все, что стоит получить, должно быть заслужено.
— Я могу приготовить свежий кофе.
— Да, пожалуйста, — сказала я.
Схватив несколько тарелок, я последовала за ней на кухню.
— Тебе не нужно мне помогать. Это моя работа, — сказала Аделита, забирая у меня тарелки и ставя их в посудомоечную машину.
Я смотрела, как она готовит кофе. Наша вторая горничная занялась чисткой кастрюли, но бросила на меня любопытный взгляд.
— У Сэмюэля похмелье? — спросила Аделита.
Моя защита взлетела вверх. Наши горничные практически жили в доме, так что вполне естественно, что они были свидетелями многого, но раскрывать уязвимость Сэмюэля все равно было неправильно.
— С ним все в порядке. Он просто хочет свежего кофе.
Я почувствовала облегчение, когда через пять минут вышла из кухни с кофейником дымящегося кофе. Сэмюэль не сдвинулся со своего места на полу, но, по крайней мере, съел печенье."
"Выражение его лица смягчилось, когда он заметил меня, но я уже увидела темноту.
Я налила ему кофе, и он сделал большой глоток, шипя от обжигающего жара.
Я опустилась на пол рядом с ним, не зная, что сказать. После похищения Фины, Сэмюэль стал еще более замкнутым, и теперь, когда она сбежала, это, вероятно, не изменится.
Несколько минут мы сидели молча, Сэмюэль дул на свой кофе, а я погрузилась в свои мысли. В конце концов, я больше не могла этого выносить.
— Как ты думаешь, мы еще увидим Фину?
Сэмюэль напрягся.
— Она предала нас. Накачала меня наркотиками, чтобы спасти Фальконе. — он замолчал, но его суровое выражение лица сказало мне больше, чем слова.
— Она сделала это ради близнецов.
