🐠 Данило 🐠София лежала передо мной, как богиня, раздвинув ноги, позволяя мне любоваться ее прелестной киской. Ее клитор был набухшим и красным, отчаянно нуждаясь во внимании. Ее половые губки и ягодицы блестели от вожделения ко мне. Блядь. Мое тело кричало, чтобы я действительно сделал ее своей, погрузился в эту великолепную девушку.
Вместо этого я провел указательным пальцем по внутренней стороне ее бедра, медленно продвигаясь к внешней стороне ее половых губ. Я мечтал сделать это уже несколько недель.
Каждый раз, когда я ублажал ее вибратором, мое тело кричало, чтобы попробовать, почувствовать, погрузиться в нее.
Прошлая ночь была началом, кратким вкусом моей сексуальной жены. Мне нужно было больше.
Она сжала кулаки, и ее маленький бугорок, казалось, увеличился еще больше. Я застонал, ища глазами Софию, она покраснела, но не отвела взгляда.
— Не могу дождаться, чтобы снова полакомиться твоей прекрасной киской.
Она прикусила губу, ее глаза вспыхнули голодом, который направился прямо к моему члену.
Я забрался между ее ног и устроился поудобнее. Приподнявшись на локтях я раздвинул ее бедра еще шире, предоставляя себе лучший доступ и великолепный вид. Прошлой ночью я не мог разглядеть каждую красивую деталь ее киски, как сейчас. Зная, что София наблюдает за мной, я медленно провел влажную дорожку от ее задорной ягодицы к маленькой ложбинке между половыми губами и внутренней стороной бедра. Ее потребность во мне просочилась наружу, и я высунул язык и слизнул это с киски.
Она ахнула, ее киска сжалась от желания.
— Данило, — прошептала она. — Пожалуйста.
Блядь, она говорила так, будто мой рот был ее спасением. Она скоро поймет, что мой язык лучше любого устройства. Я бы питался ею каждый день. Наши глаза вновь встретились, и чувство абсолютной собственности наполнило меня при виде ее великолепного, нуждающегося лица. Ее губы приоткрылись, щеки пылали, а глаза умоляли о большем.
— Тебе нужен вибратор?
Она быстро покачала головой.
— Или ты хочешь, чтобы я лизал твою киску, красавица? Лизал глубоко и жестко, пока ты не кончишь на мой язык?
— Да, — сказала она, задыхаясь.
Как я мог отказать ей? Как мог отказать себе в этом чертовски вкусном удовольствии? Она божественно пахла. Я легонько поцеловал ее набухший клитор. Снова сжатие и резкий вдох. Ее пальцы запутались в моих волосах, почти болезненно. Я решил прекратить поддразнивания. София уже промокла и была готова к большему.
