Я натянуто улыбнулась ему и вошла в спальню. С тихим щелчком дверь за мной закрылась, и мы остались одни. Впервые после нашей ужасной встречи пять месяцев назад я была совершенно одна.
Я сцепила пальцы, чтобы они не дрожали, и не торопясь оглядела комнату. Пол и мебель были сделаны из темного дерева, в очень сдержанном стиле. В комнате не было ничего привлекательного. Она предназначалась для практических целей, а не для комфорта или даже релакса. Мой взгляд на мгновение метнулся к кровати, огромному темному дереву с простым серым постельным бельем.
Паника забилась во мне.
Несмотря на мое влечение к нему, я боялась снова остаться с ним. Он был пугающим во время нашей последней встречи, и боль… боль была еще свежа в моей памяти. Мне было больно несколько дней. Он не был таким, каким я его себе представляла — нежным и любящим, шепчущим слова обожания. Может, в первый раз все совсем не так. Возможно, это было обречено быть ужасным, но это не было утешением.
Между нами по-прежнему царила тишина, но на этот раз никакая меланхоличная музыка не могла ее заглушить.
Мое дыхание громко звучало. Я осмелилась взглянуть на Данило. Он стоял рядом с дверью, слегка нахмурившись глядя на меня, будто не совсем понимал, что со мной делать оставшись наедине. Его руки были засунуты в карманы. Высокий и красивый, мужчина, который имел опыт общения с девушками и много лет правил своими мужчинами.
Возможно, мое беспокойство было необоснованным. Он не испытывал ко мне сильной страсти. Прошлое не повторится, и почему-то это тоже угнетало меня.
Я хотела страсти, и не только страсти, подпитываемой нашей последней встречей. Я хотела обжигающих поцелуев, разорванных рубашек, летящих пуговиц и порванных трусиков.
Данило шагнул ко мне, заставляя меня сильнее размять пальцы. Его глаза остановились на моих волосах.
— Обычно я предпочитаю распущенные волосы, но этот стиль тебе очень идет. Это делает тебя похожей на леди.
— Прическа предназначалась, чтобы я выглядела утонченно, — сказала я спокойно, мой голос дрожал.
Данило медленно кивнул. Его глаза, казалось, смотрели прямо в мой мозг, что только заставляло меня нервничать еще больше. Он потянулся ко мне и коснулся руки, поглаживая от локтя до плеча сквозь тонкую ткань рукава. Я напряглась, хотя прикосновение было чудесным, но мое тело воспроизводило другие образы. По правде говоря, я не знала этого человека. Не было никаких прекрасных воспоминаний, и одно главное воспоминание, которое мы разделили, не было приятным.
