Бесконечная дорога за окном уводила вдаль – туда, где лежал в своей палате Сатору. Эй, Сатору! Как ты там?
…Сегодня у нас ужасная вьюга. Все за окном заволокло белой пеленой, не видно даже уличных фонарей. Сатору, а у тебя там тоже такое творится?
…А сегодня солнечно. Небо высокое, ни облачка. Но от этой прозрачной синевы так и веет стужей.
…Сегодня нахохлившиеся воробьи, облепившие провода, совсем раздулись, стали похожи на круглые шарики. Снега нет, облака какие-то прозрачные, похоже, на улице лютый мороз.
…По дороге проехала красная машина. Она такого же цвета, как те ягоды в горах, ну, помнишь, рябина? Ты мне показывал… Хотя у рябины другой оттенок, такой глубины, что дух захватывает. У людей хорошо получаются цвета, но все же они не могут передать природную силу красок.
Однажды в комнату вошла Норико:
– Нана, поедем проведать Сатору?
Что ты сказала? Повтори еще раз!
– Сатору очень плохо без тебя. Вот я и пошла попросила… Доктор сказал, что тебе нельзя в палату, но вы можете увидеться, когда Сатору будет гулять в саду.
Браво, Норико!
Я буквально запрыгнул в переноску, которую приготовила Норико. Мы подъехали к клинике на нашем серебристом фургоне. Норико постоянно ездила на нем с тех пор, как Сатору лег в клинику, а вот я не видел машину с того самого последнего путешествия. Мы ехали минут двадцать. Выходит, Сатору был так близко от меня?
Если бы я ехал с Сатору, я бы мигом открыл дверцу переноски и выбрался наружу, но я был с Норико, поэтому сидел смирно, как благоразумный кот.
Норико не привыкла смотреть на мир глазами котов и поставила переноску на пол, у заднего сиденья, поэтому мне была видна в полумраке лишь обивка машины.
– Сиди тихо. И жди, а я пойду поищу Сатору.
Норико вышла из машины.
Разумеется, я сидел и ждал, как благовоспитанный кот.
«Веди себя хорошо. Ну ты же разумный кот!» – На прощание Сатору несколько раз повторил мне это.
Ну разумеется. Я могу быть разумным, послушным котом. Потом что я очень умный кот и хорошо понимаю, как надо вести себя в нужный момент.
Наконец вернулась Норико и вытащила переноску из машины.
Клиника была тихой обителью, расположенной в спокойном жилом квартале. За парковкой виднелась заснеженная пустошь. На ветвях деревьев и на скамейках лежали пушистые шапки снега. Мне представились спящие под снегом травы и цветы. На пристроенной к зданию крытой террасе стояли стулья и столы. Наверное, здесь пациенты дышат воздухом в ненастные дни.
