Объяснить, что ничего не знала, но всегда все заканчивалось одним и тем же - приказами уехать из этого дома.
Я и рада убраться отсюда, но в нашей с отцом квартире невозможно жить, потому что мы готовили ее для ремонта.
Так продолжалось два месяца.
Пока он меня не уничтожил.
Глава 9 Что же случилось с тобой, Ярослав?
Настоящее
Я посмотрел. Увидел, что с Наташей все в порядке.
Хотел убедиться, что она ничего с собой не сделает. Убедился. Она раздавлена, мой план свершился, я могу вздохнуть полной грудью и жить дальше.
Какого черта тогда меня клешнями душит отвращение к самому себе?
Все должно было закончиться иначе. Существовал четкий план, которому я следовал. Кто же мог подумать, что девчонка одним взмахом ресниц выбьет из моей колоды все карты?
Подхожу к дивану, на котором спит Наташа и вижу, что она не может согреться, дрожит, как побитый щенок. Достаю из чехла новое одеяло и укрываю им. Жаропонижающее помогает - температура падает, дыхание выравнивается, а тело расслабляется.
Вот оно, идеальное время для того, чтобы уйти.
Квартира отца пустует, потому что вместе со своей женушкой он укатил на море. Я могу вернуться домой и закрыться там в одиночестве.
Что меня здесь держит?
Наверняка, поутру она будет рада увидеть мое отсутствие. Почему же тогда продолжаю сидеть в кресле и, как сталкер, слежу за каждым ее вздохом?
Помешательство какое-то.
Неожиданно для себя, закрываю глаза и засыпаю. Мебель отвратительная, у меня затекли плечи и шея.
– Какого черта ты делаешь в моем кресле? - резкий вопрос, от которого я дергаюсь и мгновенно пробуждаюсь.
Наташа стоит надо мной, укутанная в одеяло и смотрит требовательно, ожидая ответа. Она бледна, возможно у нее снова поднялась температура, и теперь вместо того, чтобы болеть в одиночестве, она вынуждена терпеть мою физиономию.
И даже осознание этого не может вытолкнуть меня из гребаного кресла, из полуразрушенной квартиры, из жизни светловолосой феи.
– Сплю, - отвечаю я и двигаю шеей из стороны в сторону, пытаясь скинуть с себя напряжение.
Наташа смотрит на меня некоторое время, окидывает внимательным взглядом помятую футболку, проходится по рукам, забитым татуировками, и опускает глаза еще ниже, рассматривая широко расставленные ноги.
А следом разворачивается и уходит в кухню. Я же насилу принимаю вертикальное положение, а потом, как пес, иду за ней.
Наташа уже залезла на стул с ногами и с пустым взглядом следит за электрическим чайником, в котором кипит вода.
