Машину мы вернули, так что можно было со спокойной совестью посидеть в баре, выпить по несколько бокалов так любимого старшим механиком коктейля писко сауэр. Кстати, в исполнении Сесаро Домингеса этот напиток мне нравился больше. В итоге в самолет мы зашли культурно обогащенными по горло.
75"
"Вера в пророчества была сильна и двадцать первом веке, но тогда на них не особо обращали внимание, потому что лжепророков развелось несчитано, и выделить из общей массы истинных было трудно. Сейчас тоже, наверное, есть проходимцы, которым в отсутствие интернета намного труднее привлечь к себе внимание.
Да и сейчас сперва надо доказать, что ты наделен даром предвидеть, а на это уходит много времени. Поэтому, чем древнее пророчество, тем больше в него верят. Когда-то давным-давно пукина получили инструкцию, что к ним прибудет сын Инти и Кильи и отведет туда, где опять станут великими. Они, правда, думали, что вернутся в свою прежнюю столицу, а не попрутся черт знает куда. Это уже издержки трактовки предсказания. Раз Манку Капак сказал идти на север, значит, пойдем туда.
Никому из пукина даже в голову не приходило засомневаться, возразить, оспорить. Собрали самое ценное, начиная с золотой восьмиконечной звезды, которую несли по двенадцать человек на специально изготовленных носилках, нагрузили на лам, собственных, захваченных в последнее время у врагов, пригнанных аука за плату и колья по условию договора о мире, заключенного с их посольством, поплакали и отправились в путь. К нам присоединились обитатели деревень рудокопов и пукина из поселений, находящихся под властью кочевников.
Свободный выход всех, кто захочет отправиться с нами, тоже был частью мирного договора. Как предполагаю, колья огорчились из-за потери бесправных работников и обрадовались уходу инородной части населения, источника постоянных тёрок, порой кровавых. Еще одним пунктом договора было снабжение нас продуктами питания на всем пути. Я рассчитывал, что менять судьбу отправится тысячи три человек, но уже на половине пути до цели оказалось вдвое больше, и приходилось делить на всех.
Выручали листья коки, большой запас которых мы везли с собой.
Переход продолжался три с половиной недели. В день, в зависимости от местности, преодолевали от двадцати до тридцати километров. Темп задавали ламы, нагруженные до отказа, и дети. Грудных несли матери в шерстяных прямоугольных накидках типа небольшого одеяла, закрепленного так, что на спине образовывалось что-то типа мешка, куда и помещался ребенок.
