Я поблагодарил за то, что Атав и его предки следили за домом моих предков, и пообещал, что ему и другим знатным людям будет оказано такое же уважение, как и пришедшим со мной, что я не собираюсь вмешиваться в их религиозные обряды, кроме отмены человеческих жертвоприношений, и светские обычаи, что все будет по-старому, только теперь у них есть надежная защита, могут не бояться хаке. О том, что за защиту придется платить, говорить я не стал. Это само собой подразумевается.
— Наши жрецы сказали, что ты должен жениться на моей сестре, — выдвинул единственное замаскированное требование Атав.
Я не стал возражать и против этого династического брака. Оклё была беременной, ей нудна была подмена. Сестру пунчау звали Чъаску. О внешности жены или хорошо, или ничего, поэтому промолчу. Главным ее достоинством было то, что стала хорошей подружкой Оклё
Я поселился с женами и обслугой в круглой башне, у которой были три концентрические стены и пять ярусов. Стены делили внутреннее пространство ярусов на отсеки и заодно были своеобразным термосом.
Благодаря им, внутри почти все время одинаковая температура, не жарко и не холодно. Во внешней стене на каждом ярусе, начиная со второго, было узкое окно в сторону города. Во второй стене напротив него второе, побольше, а в третьей — еще больше. В холодные дни их закрывали промасленной белой хлопковой тканью, а на ночь — деревянными щитами. В итоге в центральных круглых помещениях был полумрак, даже в солнечные дни.
Верхний ярус был отведен для моих детей, которые еще не родились. На четвертом были наши покои. Третий служил чем-то вроде тронного зала и заодно моим рабочим кабинетом. На втором жила прислуга, а на первом находилась цистерна с водой, которая попадала внутрь по подземному каналу, и склад, в котором хранилась продукты питания, одежда, оружие… То есть можно было запросто выдержать многомесячную осаду. В одной прямоугольной башне расположилась моя родня по обеим женам, оказавшаяся довольно таки многочисленной.
Во второй жил вахтовым методом, по неделе, гарнизон. Терпеть их семьи рядом со своим жильем у меня не было желания, но и гонять каждый день на холм тоже не хотелось. Остальные здания служили складами. «Золотовалютные» резервы хранились в том, что у аярмака было храмом бога землетрясений. Я ведь лучше знал, для чего построили помещения мои предки-виракочи.
