Поскольку венецианцы жутко боялись того, что случилось во многих других итальянских городах — захвата власти кондотьерами, отряды делали небольшими, часто перебрасывали с места на место и старательно раздували между ними соперничество и даже враждебность. С таким отребьем мне пришлось бы осаждать Зару, если бы не настоял на наеме каталонцев.
Я поставил бригантину на якорь примерно в полумиле от берега. День был ветреный, промозглый. С северо-запада шла вроде бы невысокая волна, но время от времени била в носовую часть судна с такой силой, что брызги фонтаном подлетали выше полубака, а потом, превратившись в морось, летели на палубу.
Каталонцы зябко кутались в шерстяные плащи, ожидая посадку в шлюпку. Это был шестнадцативесельный ял, который брал всего десятка два пассажиров. Каталонцы недовольно бурчали, потому что им надоела теснота и малоподвижная жизнь на судне.
— Не ворчите, ребята! — шутливо прикрикнул на них Джейм Сакоман. — Венецианцы обещали, что оставят нам немного трофеев!
— От них дождешься! — в тон ему отвечали пехотинцы.
Меня вместе с обоими моими бывшими советниками и новым оруженосцем (или соглядатая?!) сером Дзаном, сыном миссера Томадо Баседжо и внуком миссера Марко Баседжо переправили на берег последней ходкой. Старый капитан ненавязчиво подсунул мне этого тринадцатилетнего сорванца с конопатым носом и щеками, рожденного скорее пересчитывать яйца в птичьих гнездах, чем товары на складе. Видимо, поняли, что купец, юрист или священник из мальчишки не получится, и решили узнать, не сгодится ли хотя бы в воины? Больше ведь некуда приткнуть богатого патрицианского сына, а бездельников в Венеции не уважали.
Ял ткнулся в берег рядом с пришедшими с нами галерами, из которых уже выгрузились каталонцы. Они расположились отдельно от остальных наемников. Кто стоял, кто сидел, кто постелил плащ на серовато-желтую траву и завалился покемарить. На судах было так тесно, что пассажиры спали по очереди. Кондотьеры поглядывали на них настороженно, будто собирались в ближайшем будущем схлестнуться.
Не удивлюсь, если узнаю, что им сообщили, насколько больше будут получать каталонцы, и намекнули на возможное противостояние.
Я подозвал командиров кондот, назначил им участки вокруг города и приказал выдвигаться туда и приниматься за работу — сооружать лагерь и рыть рвы и насыпать валы, чтобы защитить его как со стороны города, так и с тыла. Каталонцы будут заниматься обеспечением войска свежими продуктами, то есть, грабежом окрестностей, и рабочей силой.
