— Очень мило с его стороны! — сказал я. — Неужели хочет выкупить маркграфство досрочно?
— У республики сейчас нет таких денег, — возразил он.
— Тогда зачем я ему нужен? — спросил я в лоб, понимая, что для простого знакомства приглашать не стали бы.
— Дож хочет проконсультироваться по некоторым военным вопросам, — ответил расплывчато Марко Баседжо. — Ты — лучший полководец республики.
Судя по комплименту, им очень нужна моя помощь.
Так оно и оказалось. Дож Джованни Соранцо принял меня в своем кабинете — большой комнате, в которой напротив входной двери стоял на невысоком помосте стул из черного дерева с выгнутой спинкой, а вдоль стен слева и справа два десятка таких же, но со спинками пониже.
Дож оказался сухоньким старичком с постоянно покачивающейся головой и внимательным, усталым взглядом. Одет он был в пурпурные колпак и мантию и вышитые золотом башмаки. Вдоль стен занимали места шесть советников дожа, в том числе и зашедший со мной Марко Баседжо, члены Совета десяти и новый прокурор Сан Марко.
Меня посадили напротив прокурора. Для симметрии, наверное. И это не шутка. Никто так, как средневековые венецианцы, не любит симметрию. В будущем их кумиром станет хаос."
"— Мы хотим вернуть под свою власть город Зару, — открыл совещание дож Джованни Соранцо. — В нем сейчас около двух тысяч жителей. Городские стены и башни новые, мы их сами отремонтировали, потратив на это… — он глянул на Марко Баседжо, который, скорее всего, занимался этим ремонтом.
— Двенадцать тысяч золотых дукатов, — ответил советник.
— Сколько нам потребуется для этого воинов? Как долго будет продолжаться осада? — обратился додж ко мне.
— Смотря каких воинов, — ответил я. — Если хороших, то тысячи три управятся за пару месяцев, а может, и быстрее.
— Хорошие — это каталонцы? — задал Джованни Соранцо уточняющий вопрос.
— Пожалуй, из них можно составить ядро и добавить более слабых, — согласился я.
— А потом не случится то же, что с Афинским герцогством? — иронично спросил один из членов Совета десяти, тонкие губы которого были искривлены презрительной улыбкой.
— Если им не заплатить, то можно ожидать худшего. Каталонцы очень не любят обманщиков, — проинформировал я.
— Сколько их потребуется? — спросил дож.
— Человек пятьсот, — ответил я.
— Сколько им придется заплатить? — продолжил он допрос.
— Нам нужны будут только пехотинцы, а они стоят сравнительно дешево — по восемь золотых дукатов в месяц, — сообщил я.
