Рамону Мунтанеру приказали разрушить и поджечь Мадитос и Галлиполь и вместе с гарнизонами обоих населенных пунктов добраться до места назначения морем. Для этого все имеющиеся у нас суда, включая четыре галеры, на которых прибыл инфант, перегнали на северный берег Галлипольского полуострова, к тому месту, куда было ближе всего добираться из города по суше.
Я решил поучаствовать в захвате Христополя. Предполагал, что случится это не быстро, к началу зимы. Пересижу в захваченном городе холодные месяцы и прикину, куда двигаться дальше.
Жаль было расставаться с Галлиполем. За четыре года привык к нему и к необременительному источнику дохода — сбору пошлин. Дом виноторговца я не разрешил поджигать. Этот дом не виноват в гибели моих недостроенных судов, мстить ему не за что. Если загорится от соседних, пусть гибнет. Я в этом не буду виновен.
Длинный караван из нагруженных всякой всячиной арб, кибиток, телег, а также навьюченных однокопытных — лошадей, лошаков, мулов и ослов, выполз из главных ворот города и направился на север.
Мое и Аклана имущество везли на двух арбах две пары лошадей. В одну кибитку я погрузил оба якоря, луки и рычаги арбалетов, паруса и несколько канатов. Все еще не расставался с мечтой построить бригантину. Правил лошадьми Тегак, место рядом с которым занимала его очередная пассия. Парень вырос довольно симпатичным. Он меняет девок примерно раз в месяц, поэтому я перестал спрашивать, как зовут очередную. Второй кибиткой правила Хания, а Ясмин с детьми сидела на поклаже и смотрела в сторону Галлиполя.
За нашими спинами поднимались клубы дыма. Каталонцы подожгли почти все, что могло гореть. Мне почему-то вспомнился прощальный костер в пионерском лагере, который устраивали в последнюю ночь смены. Так и хотелось запеть «Прощай, наш лагерь пионерский!».
34
Мы высадились примерно в двух дневных переходах от Христополя. На берегу уже поджидала нас основная часть Каталонской компании. Впрочем, Каталонской она называлась скорее по привычке. Больше половины компании — около шести тысяч — составляли турки и туркополы.
Остальные тысячи четыре представляли сборную Европы, причем не только Западной, но и Восточной. Я заметил ромеев, аланов, болгар. Это не считая женщин и детей, которые представляли из себя в плане национальностей такую многокрасочную мозаику, что захочешь, не придумаешь. Каждый отряд расположился отдельно: четыре каталонских, два турецких, один туркопольский и самый маленький — осадных орудий.
