А барон начал теснить противника – тот не успевал за двумя клинками, понемногу отступая.
– Кончай с ним, Форнберг! – подбадривали друзья.
Барон и сам понимал, что теперь он быстрее, и усилил давление – клинки замелькали с быстротой молнии. К звону стали теперь примешивался посторонний визг, зажатый в угол купец начал жульничать – поддергивать оружие после удара.
«Это тебе не поможет!» – подумал барон, но в следующее мгновение быстрое лезвие обожгло ему левый локоть. Барон выругался и, отскочив, осмотрел порез.
Он был пустяковый, однако кровь на рукаве означала одно – он получил ранение.
– Он жульничает, барон! – воскликнул де Блисс. – Я иду к вам на помощь!
– Мерзавец подергивает свой тесак, – пожаловался Форнберг. – Ему легко это делать, у него длинная рукоять.
– Но вы сами дали мне это оружие, господин барон! – возразил Каспар, который уже взмок, барон был неудобным противником.
– Тем не менее, каналья, вот тебе штраф, теперь нас двое! – заявил де Блисс, которому не терпелось отомстить за промах.
– Но дайте мне хотя бы кинжал!
– Да, господа, как-то неприлично получается, – заметил рыжий. – Двое против одного, да еще он без кинжала – это не по законам дуэлей.
– О каких законах ты говоришь, д'Эспейн? – возразил ему самый молодой из компании. – Он не дворянин, поэтому здесь не дуэль, а драка. Нужно поскорее с ним покончить, пока нас не остановили.
– Тогда позвольте мне хотя бы сбросить этот мешок! – попросил Каспар.
– Валяй, – согласился барон Форнберг, промокая лицо платком.
Каспар снял купеческий балахон и остался в белой сорочке, которая не слишком вязалась с образом прижимистого негоцианта, такое белье шили только господам по семь рилли за пару. Зато теперь к сорочке подходили и гвардейские штаны, и выполненные на заказ ботфорты.
– Прямо гвардейский капитан какой-то, – усмехнулся рыжий.
– Типун тебе на язык, – одернул его другой барон, которого звали Кальвин. – Не хотел бы я, чтобы он оказался гвардейским капитаном.
– Ну, пора заканчивать, можешь показывать любые фокусы, купчишка, мы готовы! – сказал де Блисс, и они с Форнбергом пошли в наступление.
Каспар схватил с подоконника подсвечник и, смахнув с него свечи, приготовился использовать его в качестве щита.
И снова закипела схватка, с подсвечником Каспар получил больше возможностей атаковать – им было удобно придерживать клинки."
"Де Блисс и Форнберг теряли терпение.
