– Остановись, де Блисс, – сказал другой вельможа, самый высокий из всех пяти, с баронской совой на гербе. – Давай затащим его в галерею, там он получит сполна. А ты… – барон строго посмотрел на слившегося со стеной лакея, – держи язык за зубами…
Не зная, как себя вести, Каспар тем не менее последовал за группой дворян туда, куда ему велели. Возможно, он заупрямился бы, увидев, что его тащат в подвал, однако они шли по светлым и просторным залам, сверкавшим золотом и шелками.
– Вот здесь! – сказал барон, когда они оказались в длинной галерее с высокими окнами с одной стороны и множеством картин на стене – с другой.
– Здесь редко кто бывает, а кровь с паркета легко смыть.
– Мы поцарапаем его шпорами, – сказал еще один граф, снимая с пояса меч с ножнами.
– Ерунда, прикажем лакеям еще раз натереть его, и следов не останется – ни царапин, ни крови.
Каспар недоуменно следил за зловещими приготовлениями – ему все еще не верилось, что его намерены убить прямо здесь. Впрочем, скоро стало ясно, что рубить мечами его не собирались – дворяне намеревались избить нахала и изувечить ножнами.
– Постойте, господа! – Каспар поднял руки, его загоншики остановились. – Вы собираетесь впятером напасть на одного безоружного?
– Нет, мы собираемся впятером проучить одного неучтивого слугу, – пророкотал барон, ножны его меча выглядели особенно устрашающе.
– Я подданный короля, но я не ваш слуга. Я – не крепостной в одном из ваших имений, поэтому наказывать меня так вы не имеете права. Король – да, вы – нет.
Вы должны позволить мне защищаться, тогда все будет честно.
– Больно разговорчивый купчишка попался, придется еще и лавчонку его разорить, – усмехнулся рыжий дворянин с короткой бесцветной бородкой.
– А может, он прав? Это нас только позабавит, у короля сейчас дела с каким-то послом, есть время развлечься, – предложил еще кто-то.
– Я не против, – сказал барон, опуская ножны. – Но понимаешь ли ты, купчишка, что драться на палках или кулаках я с тобой не стану? Только на мечах, и только – до смерти.
– Да, господин барон, я это понимаю, – кивнул Каспар.
– Это даже лучше, никто нам слова не скажет, если мы пустим ему кровь, – с плотоядной улыбкой проговорил де Блисс.
– Да, но кто даст ему свой меч? При нем ведь, кажется, даже дубинки нет, – заметил рыжий.
– Никто не даст, меч оружие благородных, да и не любит он чужой руки."
"– Мы можем встретиться в другом месте, и я принесу свой меч, – предложил Каспар, не особенно, впрочем, надеясь на понимание.
