Это Ник Уэр.
— Да?
— Так что вероятность меньше одной миллионной.
— Мы ведь не овцы. Мы люди.
— Ты хочешь домой. Давай. Возвращайся домой. Ты врешь мне, и я не желаю тебя видеть.
— Мэг, я не вру. Я пытаюсь тебе объяснить.
— Ты меня не любишь.
— Люблю.
— Тебе главное — поесть.
— Я ведь всего-навсего хотел сказать…
— Ты думаешь про булочки и джем. Давай, уходи. Ступай, поешь. Я сама о себе позабочусь.
— Без денег?
— Мне не нужны деньги. Я найду работу.
— Сегодня вечером?
— Я что-нибудь придумаю.
Вот увидишь. Но домой не вернусь и в школу тоже, и можешь не говорить про своих овец. Я не такая дурочка, чтобы не понимать, что к чему. Если две белых овцы могут родить черную, тогда я тоже могла родиться от двух людей с карими глазами, и ты это знаешь. Ну разве не так?
Он провел пальцами по ее волосам:
— Я не сказал, что это невозможно, просто вероятность…
— Плевать я хотела на твою вероятность. Я тебе не овца и не лошадь. Я это я. Мы говорим про мою маму и моего папу. И она его убила.
Ты это знаешь. Ты просто изображаешь из себя лорда и пытаешься загнать меня домой.
— Я никого не изображаю.
— Нет, изображаешь.
— Я сказал, что не брошу тебя, вот и не брошу. О'кей? — Он огляделся по сторонам. Зажмурился от холодного ветра. Потопал ногами, чтобы согреться. — Знаешь, нам нужно что-то поесть. Жди меня здесь.
— Куда ты пойдешь? Ведь у нас нет даже трех фунтов. Что за…
— Можно купить печенье, хрустящую картошку и что-то типа того. Может, сейчас ты еще не проголодалась, но потом все равно захочешь есть, а у нас поблизости уже не будет магазина.
— У нас? — Она посмотрела на него. — Тебе нужно идти домой, — сказала она.
— Ты хочешь меня?
— Что?
— Ты хочешь меня так, как тогда?
— Да.
— Ты любишь меня? Веришь мне?
Она вгляделась в его лицо. Ему не терпелось уйти Но возможно, он просто был голоден Когда они пойдут, он согреется Они даже могут побежать бегом
— Мэг? — сказал он.
— Что?
Он улыбнулся и потерся губами о ее губы.
Они были у него сухие. То, что он делал, не походило на поцелуй.
— Тогда жди меня тут, — сказал он. — Я быстро вернусь. Если мы собираемся свалить, лучше, чтобы нас не видели вместе в городке. А то запомнят, когда твоя мама позвонит по телефону в полицию.
— Мама не позвонит. Она не осмелится.
— Я в этом не уверен. — Он поднял воротник куртки и серьезно посмотрел на нее. — Ну, не страшно тебе тут оставаться одной?
На сердце у нее потеплело.
— Все о'кей.
