— Вообще-то формула «не суди, да не судим будешь» не очень помогает при расследовании безвременной смерти, — заметил Сент-Джеймс.
Диакон вскинул подбородок:
— Если вы надеетесь услышать что-либо пагубное, то должен вам заявить, что не в моих привычках судить собратьев по церкви.
Епископ засмеялся:
— Что за галиматья, Доминик. Обычно ты судишь всех не хуже святого Петра. Выкладывай все, что знаешь.
— Ваша светлость…
— Доминик, ты всегда любил сплетничать. Ладно, хватит увиливать, а то я слезу с этой проклятой машины и надеру тебе уши.
Пардон, мадам, — повернулся он к улыбнувшейся Деборе.
Лицо диакона стало таким, словно он понюхал что-то неприятное, но ему велели сделать вид, что это розы.
— Ладно, — сказал он. — По-моему, у мистера Сейджа отсутствовала широта взглядов. Все его суждения были специфически библейскими.
— Я бы не сказал, что для священника это недостаток, — возразил Сент-Джеймс.
— Это один из Наиболее серьезных недостатков, с которым священник может предстать перед своими прихожанами.
Строгое толкование и последовательная приверженность Библии могут вызвать серьезное отчуждение у самой паствы, которую он должен всячески увеличивать. Мы не пуритане, мистер Сент-Джеймс. Мы больше не проповедуем с кафедры. И не поощряем религиозную преданность, основанную на страхе.
— Но Сейдж, судя по отзывам, не был пуританином.
— Возможно, в Уинсло этого не замечали. Но наша последняя встреча с ним тут, в Брадфорде, свидетельствует именно об этом.
Вокруг этого человека закипал скандал, который рано или поздно должен был закончиться взрывом.
— Скандал? Между Сейджем и паствой? Или одним прихожанином? Вам известно что-либо конкретное?
— Для того, кто провел годы в служении Господу, он не обладал достаточным пониманием конкретных проблем, с которыми сталкивались его прихожане или кто-либо еще. Вот пример: он принял участие в конференции по вопросам брака и семьи за месяц до своей смерти, и, пока профессионал — то есть психолог, здесь, в Брадфорде, — пытался дать нашим братиям некоторые наставления по поводу того, как окормлять прихожан, у которых возникли семейные проблемы, мистер Сейдж пытался затеять дискуссию о женщине, уличенной в измене.
— Женщине?…
— Иоанн, глава восьмая, — сказал епископ. — «Тут книжники и фарисеи привели к нему женщину, взятую в прелюбодеянии…» и так далее. Вы знаете эту историю: «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень».
