Эверетт по одному, отправлял в рот Лавидии зажаренные каштаны, радовался ее улыбке и старался обуздать желание, которое воспламенялось в нем каждый раз, когда ее губы касались его пальцев."
"Сначала никто из них двоих не обращал внимание на время. Девять часов… десять… На самом деле, сейчас Эверетт должен был быть на пути к Хардресс, приглашение которого он принял. Тетя Каролина, которая хотела тоже принять участие в празднике, уже наверняка кипела от ярости из-за его отсутствия. Естественно, она что-нибудь придумает, чтобы извиниться перед хозяевами.
Но с каждой ложью, которую она будет выдумывать ради этого, ее гнев будет расти. Маркизу стоило подготовиться к очень бурной проповеди. Почему он не отвел Лавидию домой и не исполнил часть своих светских обязанностей?
«Потому что», — говорил он себе, — «вероятно, Лионеля еще нет дома, и мне придется остаться в той квартире наедине с Лавидией».
Даже в общественных местах, на улицах, где каждый мог их увидеть, мужчина ощущал ее близость слишком отчетливо.
Он видел, как вспыхивали глаза девушки, вдыхал очаровательный аромат ее волос, чувствовал возбуждение, когда она со смехом смотрела на него вверх. Было достаточно трудно держать себя в руках даже тогда, когда маркиз чувствовал на себе взгляды окружающих. Если он останется с Лавидией один на один, то, возможно, проиграет борьбу против себя самого.
Все-таки было ошибкой бродить с ней по улицам. Она была одной из многих женщин, сопровождаемых этим вечером мужчинами. И он знал, каким бизнесом занимались большинство из этих женщин.
Раньше тоже было время, когда Эверетт смотрел на фавориток других мужчин так же, как сейчас некоторые джентльмены смотрели на Лавидию. Ее блестящие золотисто-рыжие волосы притягивали к себе взгляды. И некоторые смотрели дольше и внимательнее, чем допускали обычные правила приличия.
Эверетт точно знал, что думали те мужчины. Он радовался тому, что Лавидия была закутана в его пальто, которое, по меньшей мере, укрывало ее стройное тело от назойливых взглядов.
Если бы еще было что-то, что могло скрыть блеск ее глаз и сладкое изящество губ! К счастью, хватало слегка наморщенного лба, чтобы поставить поклонников Лавидии на место.
До тех пор, пока они не встретили Хюнтеркомба.
— Приветствую, Сент-Аустелль!
Маркиз просто прошел бы мимо, но Лавидия остановилась, когда услышала, как кто-то его поприветствовал.
— Прекрасный вечер, не так ли? — Хюнтеркомб бесцеремонно разглядывал спутницу Эверетта.
