Уже в тот момент этого рассказа, я понимала, какую боль и страх пришлось пережить женщине, не позволяя себе даже пикнуть и глядя на Карата, который кивнул, давая понять, что понял о происходившем дальше, тихо спросив:
- Этот мужчина. С которым вы встретились в лесу. На кого он был похож?
- На вас.
Мое сердце пропустило удар, оттого что я поняла, что Берсерк, изувечивший жизнь женщины был из нашего рода…и ведь это было даже не удивительно.
Бурым и Гризли не было надобности нападать на женщин – из законы уже как несколько веков позволяли на законных основаниях брать себе в жены девушек.
Полярные были слишком далеко.
И только Кадьяки были безумны и безудержны в жажде крови. И жажде плоти.
- Светлоглазый. Черноволосый. Обнаженный. Когда я увидела его, то подумала, что не видела мужчины красивее…и страшнее в его ярости.
Женщина сделала глубокий вдох, вбирая в себя дым изящной тонкой сигареты, словно пыталась утопить в этом дыму все страшные дни, которые последовали за этим.
Я чувствовала ее дрожь, даже стоя поодаль, за спиной Марса, около кресла, куда опустился Сапфир, усадив на свои колени продрогшую и раздавленную Мишку.
"
"Эти воспоминания давались Марианне нелегко, и было поразительным, как ей удавалось собирать в кулак все свое мужество и решительность, чтобы продолжать снова.
- Он не просто изнасиловал меня. Он разорвал меня на части. В буквальном смысле. Я очнулась в больнице спустя несколько месяцев после двух десятков операций, пока меня собирали по частям и кусочкам.
Сначала была парализована полностью. Затем, после долгой и тяжелой реабилитации, стали двигаться руки и голова, а спустя пол года вернулась чувствительность корпусу. Но ноги так и остались парализованными и обездвиженными.
- А затем вы узнали, что беременны? – Карат неожиданно поднялся на ноги, чтобы не торопясь прошагать до панорамного окна, держа в одной руке стакан, но всматриваясь куда-то вдаль странным отрешенным взглядом, отчего у меня мороз прошел по коже.
Я бы отдала пол жизни, чтобы только обладать способностью ощущать каждую его эмоцию! Чтобы понимать хоть немного его темную запретную душу, вход в которой было не отыскать никому.
- Да. Врачи были счастливы сообщить это мне. Они говорили о том, что им удалось спасти ребенка, а я слушала их и плакала, потому что понимала, что помимо искалеченной жизни, я лишилась и своей самой большой любви. Ведь я знала, что жених не был со мной близок…как знал это и он.
