Услышав шаги за спиной, Марина оторвалась от Хохла и обернулась – к ним торопливой походкой приближался Матвей Комбаров. Его лицо выглядело озабоченным, и сердце у Коваль забилось чаще, предчувствуя неладное.
– Марина Викторовна, – начал Матвей после приветствия. – Можно вас на пару минут?"
"Она пожала плечами и кивнула Хохлу, чтобы взял ребенка. Отойдя шагов на двадцать от Женьки и Егора, Марина остановилась, вынула сигареты и испытующе уставилась в покрасневшее лицо Комбара:
– Что у тебя?
– Ко мне вчера пацаны заезжали, ну, поддали крепко…
– Я при чем? – нетерпеливо оборвала Коваль, начиная терять терпение.
Матвей поежился и проговорил жалобно:
– Марина Викторовна, я ж по делу… там один чувак был, он с Бесом тусуется. Так вот он прогнал такую тему, что, мол, Бесу один горец бабки забашлял за то, что тот ему протекцию составил, чтоб короновали его.
– Что? – поморщилась Марина, выбрасывая сигарету. – За бабло? «Апельсин», что ли?
– Пока нет, но ему очень этого хочется. Короны, в смысле… И еще сказал горец этот, что его автосервис Жека под себя подмял, мол, не по понятиям так – Хохол не бригадир, куда лезет?
Это была новость… И сразу все стало на свои места – ночной налет на сервис, заряженная тротилом машина Хохла…
– Ну, совсем красиво! – Марина пнула ногой какую-то корягу, круто развернулась и пошла к машинам.
Полы пальто развевались от быстрых шагов, напоминая хлопающие крылья.
Пройдя мимо стоящего неподалеку Хохла, она не сделала даже жеста в его сторону, даже не посмотрела, не обернулась.
Внутри все кипело от злости – вот к чему привела излишняя страсть Хохла к самостоятельности, к финансовой независимости. Теперь придется разбираться с каким-то оборзевшим горцем, мечтающим о воровской короне. И, если уж быть до конца честной, то этот новоявленный «авторитет» прав – автосервис раньше платил за «крышу» ему, и то, что сделал Хохол, не что иное, как беспредел. Но не признавать же это ей, Коваль!
Она рванула дверку джипа, села внутрь и приказала водителю:
– Едем к Ворону!
– А Жека? – не понял Юрка.
– На второй машине уедет! – отрубила хозяйка, набирая номер Ворона. – Миша? Это Коваль. Мне нужно срочно увидеть тебя, можно? Да, я подъеду, куда скажешь. Хорошо, через сорок минут.
Дверка открылась, и в салон «Хаммера» всунулась недовольная морда ничего не понимающего Хохла:
– Ты чего? Куда полетела?
– Я тебе дома объясню! – тоном, не предвещавшим ничего хорошего, пообещала Коваль. – Туда и езжай.
– Ага, сейчас! – рявкнул Женька.
