– Все, все, мой котенок, перестань, – Женька поцеловал ее, погладил по голове. – А хочешь – я его потом грохну? – зашептал он ей на ухо. – Я ведь не лох, я все чисто отработаю, да так, чтобы он сам меня просил о смерти за то, что сделал с тобой. Котенок, позволь мне, иначе я сам.
– Посмотрим, – неопределенно ответила Марина, хотя на самом деле ей больше всего на свете сейчас хотелось, чтобы Нисевич был УЖЕ мертв. Тогда не пришлось бы с ним общаться, видеть его, говорить с ним.
«Хаммер» остановился прямо напротив дачи Ромашина, возле неприметного ветхого домика, спрятавшегося в глубине заброшенного яблоневого сада за старыми деревьями.
Коваль в прошлые визиты сюда даже не обращала на него внимания, а зря, оказывается. Пацаны из второго джипа вошли во двор, осмотрели все, и Данила крикнул Севе:
– Можно, Сева, чисто все.
Сева пошел вперед, за ним Марина, а потом уж Хохол, незаметно для хозяйки переместивший «макаров» из кобуры в карман. Скрипнула просевшая дверь, по обеим сторонам от которой сразу оказались Данила и Аскер с оружием наготове, но Хохол негромко велел:
– Всем стволы убрать – там один инвалид, если что, я сам успею.
Марину подкидывало, как с перепоя, перед глазами все плыло, но она старалась не поддаться панике, боролась, как могла – нельзя дать понять пацанам, что есть что-то, способное напугать Наковальню. В сенях было темно и сыро, из комнаты доносился надсадный кашель, и Марина остановилась, велев Севе и Хохлу остаться, но упертый Женька отказался наотрез:"
"– Я не пущу тебя одну.
Сева, иди отсюда: клиент – туберкулезник.
– А вы как же? – нерешительно остановился Сева, но Марина показала ему две плотные маски, прихваченные в аптеке:
– Не переживай, мы ж профессионалы. Иди к пацанам, я ведь не одна – с Женькой.
Охранник ушел, а они с Хохлом двинулись дальше, в комнату.
Денис сидел у окна на стуле, курил, отрешенно глядя на улицу, равнодушно повернул голову на звук шагов, но, увидев Марину, дернулся и едва не упал:
– Ты?! Как ты нашла меня?!
Коваль ни за что не узнала бы Нисевича – до того он изменился за эти без малого десять лет.
Его некогда красивое лицо теперь напоминало череп, обтянутый кожей, черные глаза потускнели и ввалились, он очень сильно похудел, что и неудивительно при его заболевании.
– Дурацкий вопрос, – стараясь вести себя спокойно, ответила она. – Я тебя не искала, насколько ты понимаешь. Но, раз так сложилось, давай быстро покончим с делами, и я уеду.
