Этими картами хотелось играть и играть.
На первом круге всё обошлось малой кровью, если можно так сказать. Котенин положил карты, когда открыли последнюю — девятку. Барк излишне поспешно выпрямил спину. Ясно, что у него пара девяток. А вот какая первая? Если десятки, то мы поделим банк с ним. Но почему-то я полагал, что у него пятёрки.
И оказался прав. А вот у Гагарина и Николая Григорьевича оказалось по десятке и более младшей паре.
— Банк делится на троих игроков, — огласил дилер итоги первого круга.
Что ж, для начала очень даже неплохо.
* * *
На второй круг принесли новую колоду, которую затем тщательно перемешали.
По красноречивым взглядам между Барком и Минеевым, я понял, что первым недовольны. Ну и пускай. Сегодня никем довольны не будут.
Ситуация, в целом, повторилась. Только я сразу спасовал, так как ничего интересного в моих картах не предвиделось. Да и совсем другая задача передо мной стояла на этот раз.
Я хотел, чтобы отец Игоря отыгрался и ушёл из-за стола.
Решил дать ему последний шанс, так сказать.
И, собственно, всё прошло, как по нотам. Общий банк оказался что-то около тридцати миллионов. Гагарин спасовал чуть позже меня. За ним Барк. Поэтому на тридцатку претендовали трое. Минеев, Котенин и Туманов-старший.
Я прикрыл глаза и заглянул в карты к отцу Игоря. Знал, что там мусор, но тот зачем-то продолжал играть. У него была пара четвёрок, на которую он и рассчитывал. Вот только на столе уже лежали два валета. А это означало, что ещё один валет в руках Минеева или его подельника автоматически приносил им выигрыш.
Но они не спешили повышать ставки, из чего я сделал вывод, что валета ни у кого нет. Что ж, это шанс.
Последней картой вышла двойка. Фулл хаус, дорогой папаша. Забирайте деньги и валите.
Но Туманов-старший, сжав кулаки от радости выигрыша, после того, как все вскрыли карты, вставать из-за стола не торопился.
— Папенька, — проговорил я, косясь в его сторону. — По-моему вы хотели отыграться и всё? Так вы мне говорили? Вы взяли десять миллионов плюсом.
Кажется, достаточно?
— Да ты что?! — из-за азарта, буквально выплёскивавшегося из всех щелей, он не мог говорить спокойно. Он почти кричал. — Куда я уйду?! Мне только карта попёрла!
— Но ты же мне обещал! — холодно и чуть ли не враждебно произнёс я. — Забирай деньги и езжай домой к матери. Она и так с ума сходит из-за сестры. А ещё ты."
"— Не учи отца, и баста! — взревел Туманов.
