Один только раз. Получит информацию и отправится по адресам. От этой мысли она вся затрепетала."
"Хилари надела простое платье цвета морской волны, темные чулки и лакированные лодочки. Волосы она завязала узлом на затылке — это делало ее солиднее. Она умылась, вытерла лицо грубым гостиничным полотенцем и сошла вниз. Ехать автобусом означало потерять слишком много времени, и Хилари взяла такси.
И вот она стоит на перекрестке Сорок восьмой улицы и Парк-авеню, перед небоскребом из стекла и хрома.
Лифт, подрыгивая, доставил Хилари на тридцать восьмой этаж.
Девушка затаила дыхание: вдруг застрянет? Она еще не бывала в подобных зданиях. Однако память сохранила кое-какие впечатления детства. Морской круиз вместе с родителями во Францию, на пароходе «Либерте»… Их квартира на Саттон-плейс… Чаепития в отеле «Плаза»… Пирожные, горячий шоколад и тонны взбитых сливок…
А потом — та страшная ночь, когда погибла мама… Обвинения, которые они с отцом бросали друг другу в лицо…
Дверь лифта бесшумно отъехала вбок, и Хилари очутилась в приемной с пушистым ковром во весь пол; за письменным столом восседала молоденькая секретарша в розовом полотняном костюме, с коротко стриженными белокурыми волосами.
Она была как две капли воды похожа на любую другую секретаршу. Хилари подумала: с завтрашнего дня и ей предстоит пополнить своей особой ряды представительниц этой профессии. Но вряд ли она будет соответствовать стандарту. Никогда ее не назовут «милашкой». Она не станет обесцвечивать волосы и производить впечатление девицы, готовой на любые услуги.
Хилари Уолкер останется серьезной и сдержанной, как сейчас.
— Я к мистеру Паттерсону.
— Он вас ожидает?
Девушка излучала доброжелательность, но Хилари не ответила на улыбку и честно мотнула головой. В глубине души она чувствовала некоторую растерянность: ее подавляла роскошь обстановки. Однако она не показала виду.
— Нет. Но мне нужно срочно с ним увидеться.
— Представьтесь, пожалуйста, — все с той же ослепительной улыбкой попросила секретарша.
— Хилари Уолкер, — и зачем-то добавила: — Он мой крестный отец.
— Ах, вот как! — удивилась мисс Улыбка и, нажав на кнопку, что-то неслышно пробормотала в микрофон. Это было частью профессии: говорить так, чтобы рядом ничего не разобрали. «Мистер такой-то… хочет вас видеть, сэр… Ах, вас нет?.. Что ему сказать?..» Хилари тоже предстоит освоить это искусство.
И вдруг маленькая блондиночка удивила Хилари. Она еще раз лучезарно улыбнулась и показала на правую дверь.
— Прошу вас.
