Саша терпеть не могла, когда ему нужно было куда-либо уезжать. Он должен быть всегда под рукой. А ему необходимо лететь в Бостон.
— Саша, я же говорил тебе пару недель назад: мне нужно кое-куда съездить. Ты, должно быть, забыла. У мамы день рождения. Я пытался увильнуть — ничего не вышло. Все-таки юбилей — семьдесят лет.
Приедут оба его брата с женами и детьми. В таких случаях Джон всегда остро ощущал свою несостоятельность. Ему было нечего предъявить в качестве вещественного доказательства жизненного успеха. Зато братья являлись в окружении всего того, что непреложно доказывало: они не зря прожили жизнь и теперь могут похвастаться женами, чьи обручальные кольца сверкают сапфирами и бриллиантами, и ребятишками с разбитыми коленками и выпавшими молочными зубами, а старший племянник Джона успел окончить колледж.
Да, это будет нелегкий уик-энд. Но и не слишком неприятный. Джон любил своих братьев. С невестками дело обстояло несколько сложнее: он не очень-то находил с ними общий язык. Зато детишки — просто чудо!"
"Жалко, что он не может взять с собой Сашу.
По мнению родителей, он даже в зрелом возрасте не имеет права явиться в их дом с женщиной, с которой не связан законным браком.
— Саш, в воскресенье я вернусь.
— Можешь не беспокоиться. — Она выпрямилась и грациозно спустила ноги на ковер. — Вечером в воскресенье у меня репетиция. И я не нуждаюсь в объедках со стола твоих родителей.
Она пришла в такое негодование, что утратила способность правильно подбирать слова.
— По-твоему, я — объедок?
Скорее всего она так и думает…
— Что ты носишься со своей родней — прямо какая-то святыня! Я же познакомила тебя с мамой, папой, тетей и бабушкой.
Чем твои родители лучше моих? Или все дело в том, что я балерина?
Бросая ему эти обвинения, она металась по комнате — с развевающимися волосами, руки в карманах джинсов, русский акцент стал заметнее.
— Просто у них устарелые взгляды, только и всего.
И еще, добавил он про себя, они типичные уроженцы Бостона. С них хватило писательницы.
Балерина — это уж чересчур. Мать ценит искусство, но лишь на сцене, а не в спальне своего сына.
— Они не понимают таких отношений, как наши.
— Я тоже. Вместе мы или нет?
Она стояла перед ним, как сказочный эльф — но эльф во гневе, отвергнутый его родными. Джон может ничего не говорить — она и так чувствует их предвзятое отношение.
— Конечно, мы вместе. Но так уж они воспитаны. Не способны понять женщину, если она не замужем или хотя бы не обручена.
