"
"Первая встреча Дады назначена на восемь вечера в ресторане в чисто мужской компании, так что он уезжает вместе с Васимом, чтобы тот его подбросил, после нашего раннего ужина, а его жена отправляется в спальню отдохнуть. Я в это время принимаюсь за уборку на кухне и сканирую холодильник, думая, что приготовить на завтра и хватит ли мне продуктов.
– Неужели, снова собираешься готовить? – раздается голос Максуда за спиной, пугая меня.
Я вздрагиваю от неожиданности и закрываю холодильник.
– Нет, просто хотела проверить, что из продуктов осталось на завтра.
– Тебе необязательно каждый день накрывать для них, как в ресторане, ты ведь знаешь?
– Вообще-то обязательно, – не соглашаюсь я. – Или ты забыл, как питался, когда приезжал домой в последний раз? Тетя не просто так настаивала на моем переезде сюда во время их визита. Кстати, а почему Дада поел с нами, если сразу же поехал в ресторан?
– Потому что это русский ресторан и мясо там не халяльное, а вегетарианец из Дады такой себе. А так, он наелся дома, так что может просто заказать что-нибудь овощное, чтобы не обидеть оппонентов, и не мучиться, пытаясь это съесть.
Я киваю, потому что ответить на это нечего. Начинаю, вдруг, чувствовать неловкость, потому что его присутствие смущает, и разговором это чувство не разбавить, потому что я не нахожу тем для обсуждения. Выпаливаю первое, что приходит на ум:
– Тетя, наверное, захочет завтра пройтись по магазинам. Интересно, мне обязательно идти с ней, а то как-то не хочется попасть под допрос.
Смотрю на мужчину, который на глазах становится серьезнее, чем за секунду до этого. Максуд делает несколько шагов вперед, держа руки в карманах джинсов, словно нарочно показывая, что не собирается их распускать и внимательно следя за моей реакцией на свое приближение. Я не понимаю его. Он всегда вел себя определенным образом, а со вчерашнего дня его словно подменили. Сегодня во время ужина он с такой злостью косился на Васима, когда тот обращался ко мне или передавал салат со своего края стола, что я испугалась, как бы никто не понял, что он банально ревнует.
И был бы повод! А теперь почти так же реагирует на его маму.
– Ты больше не ее невестка, – остановившись в двух шагах от меня, заявляет он.
– Она же этого не знает, – подмечаю я, стараясь не пялиться на его впечатляющую грудь, обтянутую тонким джемпером. Мне кажется, Максуд стал еще мускулистее с нашего приезда в Москву.
– Вы могли бы уже рассказать.
– Конечно, нет! Еще слишком рано.
