Морщусь, заранее зная, как на меня напустится свекровь.
«Бывшая свекровь» – напоминаю себе.
Это, наверное, какая-то извращенная форма стокгольмского синдрома, потому что несмотря на мою неприязнь к ней, граничащую с ненавистью, желание угодить никуда не делось. Эта женщина представляется мне Гитлером в юбке, хотя по отношению ко мне она такой и была.
Заканчиваю сервировать стол и только успеваю натянуть на голову платок, когда входная дверь открывается и в квартиру заходит свекровь, а вслед за ней и свекр с замыкающим процессию Максудом.
– Добро пожаловать, Дада, тетя! – с улыбкой подхожу к ним, обнимая свекровь, как у нас принято.
Та выдавливает из себя улыбку, не удостаивая ответом, а Дада ободряюще хлопает меня по руке.
– Спасибо, Зарина. Как ты?
– Хорошо, спасибо. Проходите, пожалуйста. Можем сразу сесть за стол, я приготовила обед.
– А Васим не приехал? – спрашивает его мать первым делом.
– Он будет позже, – отвечает за меня Максуд, потому что сама я понятия не имею о его планах.
Родители Васима моют руки и проходят за стол.
На этот раз тетя позволяет себе сесть с мужчинами, так как детей нет и можно позволить некоторую вольность в ее-то возрасте. Я быстро обслуживаю их, накладывая еду и предлагая напитки, после чего спешу как обычно уйти из комнаты, но Дада меня останавливает.
– Сядь с нами, Зарина, – говорит он.
Я смотрю на него в растерянности, но не решаюсь возразить. Сажусь напротив свекрови, рядом с Максудом, так как это единственное свободное место за четырехместным столом, и встречаю ее неприязненный взгляд, направленный на меня.
– Как дела у твоего мужа? – начинает свои расспросы Дада, изучая каждое мое движение.
Я не решаюсь поесть, да и в горло кусок не полезет, так что наливаю себе воду в стакан и медленно потягиваю, пытаясь правильно подобрать слова.
– У него все хорошо. На работе и дома.
– Приятно слышать, – усмехается свекровь. – Ты общаешься с той, другой?
– Алия, – строго осекает ее Дада.
– Ну, а что? Тут все свои, – возмущается она.
– К тому же я знаю, что ты спрашивал у Максуда, а он ничего не знает, чтобы поделиться с нами.
– Мы не общаемся, – спешу ответить, прежде чем разгорится спор.
К моему удивлению, дальнейших вопросов не следует. Дада переводит внимание на Максуда, втягивая его в обсуждение своих дел, а закончив есть, они перемещаются в гостиную. Я быстро готовлю суп на ужин, попутно прибираясь на кухне, и убедившись, что все сверкает чистотой, иду предупредить о своем уходе.
