Два раза просить нас было без надобности. Тем более, что он ещё выдал нам два шлема…
Тётя Зина с бабкой задержалась в доме немного дольше, чем ей было отведено времени на выполнение пусть и тяжёлой, но всё же не такой нервной до этого момента работы. Выйдя из дома, она первым делом заметила, что сумки нет.
– Валь! Сумка пропала!
Бабка на всякий случай посмотрела под лавкой и даже немного вокруг поискала.
– Может, она дома? – предположила она.
Тётя Зина сказала, что домой она её не забирала, но на всякий случай пошли в дом.
Дома её, естественно, тоже не оказалось.
Ещё раз проверили под лавкой и чуть дальше, чем вокруг, тоже посмотрели.
– Валь, там же пенсия, – тётя Зина охнула и села на лавку. – Украли!
Бабка попросила её успокоиться и сказала, что красть в деревне некому, а чужие тут не ходят. Затем в её голове что-то логически щёлкнуло.
– Чуешь, как тихо? – спросила она у тёти Зины.
– Да при чём тут это?
– Кому-то щас не шапка-ушанка понадобится, а рубашка смирительная, – пояснила бабка.
Тётя Зина ещё больше растерялась.
– Мне кажется, – бабка с подозрением посмотрела по сторонам, – кое-кому голову в очередной раз продуло. Печкин местный у нас завёлся. Только он не принёс посылку, а умыкнул сумку твою.
– Я что-то не пойму, про кого ты говоришь, – тётя Зина с надеждой посмотрела на бабку.
– Пошли, – бабка встала и направилась со двора на улицу. Тётя Зина последовала за ней.
Первым на глаза им попался почтовый ящик бабки с дедом.
В нём аккуратно лежали две газеты и журнал «Работница».
Мы с Вовкой ехали в люльке и наслаждались поездкой. Тем временем сознание вернулось ко мне и я вспомнил про цель нашей поездки. Что-то мне подсказывало, что добром эта поездка не закончится. На почте поймут, что мы никакие не почтальоны, и тёте Зине ещё за нас влетит. Скорее всего. Мысль, что влетит не нам одним, немного успокаивала, но не настолько, чтобы свыкнуться с ней. Откуда-то пришло решение выбросить сумку.
Ведь если сумки нет, то вроде как и не виноваты мы. А Митричу показалось. Мало ли что на старости лет привиделось.
Подумалось – сделалось. Пока Митрич смотрел вперёд, я незаметно выбросил сумку на обочину. Решил, что после того, как всё недоразумение уляжется, мы с Вовкой вернёмся и заберём её. Затем скажем, что нашли, и нас ещё отблагодарят за находку. Глупая, конечно, мысль. Ведь мы и так оставили слишком много следов своей деятельности в деревне.
