Прям как ребёнок до титьки, – бабка покачала головой. – Машину что ли в первый раз увидел?"
"– А мы уже катались, – добавил Вовка. – Он сам рулил, – указал он на меня.
– Николай, – дед, как будто обидевшись на то, что даже мы с Вовкой уже катались, упрекнул папу.
– Да не отстанет же, – вмешалась бабка. – Смотри, у него уже, как у бешеной собаки, слюна потекла. Мне потом полы мыть.
– Ну, – неуверенно начал папа, – может, после обеда?
Дед сказал, что после обеда нельзя, потому что хоть и деревня, но участковый нет-нет да и проедет.
В итоге через пять минут мы уже были на улице. Мы – это папа, дед и я с Вовкой. Их без нас не отпустили. Да мы и сами были только рады.
Во дворе на фоне первозданной природы, не тронутой городским смогом, дед вместе с курицами ходил вокруг машины. Он аккуратно притрагивался к крыльям, проводил рукой по крыше, заглядывал в выхлопную трубу.
– Егорыч, а у тебя права есть? – поинтересовался папа.
– Ты за кого меня принимаешь? – дед облокотился на машину. – Как, ты думаешь, я на мотоцикле езжу?
– Ну, там разные категории… – начал пояснять папа.
– Ты что, – дед прищурился, – тестю не веришь?
– Да нет, что вы! Да я просто… – начал оправдываться папа. – Просто машина же…
– Я на танке ездил, – дед гордо выпятил грудь. – Вот сюда медаль за вождение вешали, – указал он на место слева, где должна была висеть награда. – Думаешь, мне машина какая-то в диковинку?
Папа понял, что с дедом спорить бесполезно, но лучше бы он не сдавался.
– Ладно, – папа махнул рукой. – Поехали.
Но недалеко. Вокруг деревни.
Дед сказал, что вокруг деревни – это вообще подарок. Он думал максимум выехать со двора и вернуться обратно. На что папа предложил так и сделать, но дед ответил, что вокруг деревни не он предложил и не ему отказываться.
Дед, конечно, выехал со двора на нервах папы и ещё на некоторых словах, которые даже запоминать было запрещено, не то что повторять. Папа так и сказал, чтобы мы закрыли уши и не открывали, пока он не разрешит. Если бы мы последовали его совету, то всю дорогу с Вовой так и проехали бы с закрытыми ушами.
Дед ругался, папа нервничал. Машина дёргалась, но дед не сдавался. Говорил, что ему надо привыкнуть к педалям. Папа ругался, дед нервничал. Машина продолжала дёргаться, но мы наконец-то выехали со двора.
Я пропущу большую часть маршрута, так как она состояла преимущественно из междометий и не всегда они относились к «Ой! Ничего себе! А это как так?». Судя по выражениям деда, он был в восторге от поездки.
