• ────── ✾ ────── •Мои глаза были закрыты, когда я слушала музыку, мои пальцы скользили по клавишам. Ничто не приносило мне большего спокойствия, чем создание мелодий. Это был выход для хаоса эмоций внутри меня.
— У тебя хорошо получается, — сказал Римо.
Я подскочила, открыла глаза и уставилась на Римо. Он постоял в дверях, потом подошел ко мне. Как обычно, мое тело напряглось в его присутствии.
— Все еще? — спросил он с кривой улыбкой. Он прислонился к пианино, глядя на меня сверху вниз своими невероятно темными, опасными глазами.
— Все еще боишься меня.
Я рассмеялась.
— Римо, есть ли в Лас-Вегасе или где-нибудь еще девушка, которая не боится тебя?
Его улыбка стала шире.
— И мужчины тоже нет.
Я вздохнула. Мой взгляд скользнул по шраму на его лице, вспоминая историю, которую рассказал мне Нино, удивляясь, как человек, способный на невыразимые поступки, мог рисковать жизнью, чтобы спасти своих братьев. Римо Фальконе был для меня полной загадкой.
Глаза Римо сузились, он придвинулся ближе, склонился надо мной, одной рукой держась за клавиши, отчего пианино издало пронзительный вой.
— Почему ты так на меня смотришь? — он зарычал. — Что тебе сказал Нино?
Я сглотнула.
— Не подходи так близко, — сказала я твердо.
Губы Римо угрожающе сжались, но он выпрямился, давая мне больше пространства.
— Я говорил тебе раньше и скажу снова: ты принадлежишь Нино. Ты в безопасности."
"— Знаю, — сказала я. — Но я не могу ничего поделать с реакцией моего тела на тебя. Может быть, оно исчезнет.
Он пожал плечами.
— Он рассказал тебе о нашей матери, не так ли?
В его голосе был такой тон, что у меня волосы на затылке встали дыбом.
— Он рассказал.
Римо резко кивнул. Затем он предупредил тихим голосом.
— Некоторые вещи должны оставаться похороненными. Она одна из них. И эмоции Нино, наверное, тоже. Я не знаю, чего ты хочешь от него, но ради него и ради себя, не дави на него.
• ────── ✾ ────── •Рано утром следующего дня мы с Нино отправились в нашу первую совместную прогулку. Я была не в лучшей форме, но присутствие Нино в окружении красивых красных камней было слишком соблазнительно.
Он отвез нас обратно в Национальный парк Красный Каньон. Всю дорогу он молчал, сосредоточившись на улице, но его глаза, казалось, видели дальше дороги.
Он удивил меня, когда взял мою руку, положив обе наши переплетённые руки на мое голое бедро. Его тепло проникало в меня, но не поэтому моя грудь казалась теплее.
Мы припарковали машину и двинулись по круговой тропе.
