Заслуживала ли я этого? Хотела ли? Я не говорю, что узнай я правду, мы бы победили… но мы бы прошли через это вместе, как настоящая семья. Или ты был неуверен так во мне? Так не доверял? Тогда о какой семье речь? Семья не строиться на лжи…
— Я оберегал наше счастье. Я не хотел для тебя боли. И потом с каждым годом признаться было все сложнее… я так боялся тебя потерять…
— Ты придумал образ меня, ты с ним жил, Ром, увы, не со мной… Если бы видел меня настоящую, то знал бы, что я бы сама в кого хочешь зубами вцепилась за свою семью и за тебя тоже.
Но ты все решил за нас… Я понимаю, через что ты прошел, чувствую твой ад, те поступки… я их ценю, благодарна… Но даже не измена, а молчание… этого я не смогу никогда принять. Не смогу переступить… Ты не знал как правильно, у тебя не было примера семьи, но если любишь, ты подсознательно доверяешь и раскрываешься, и люди идут навстречу друг другу, выстраивают отношения, говорят… Но ты был всегда один, ты так меня к себе и не подпустил, увы.
Глава 91
Два месяца спустя…
Алена
— Такой милый у вас карапуз, загляденье, — медсестра бережно передает сына на руки Алене.
— Ага… — она только вздыхает.
— Сегодня домой, — не унимается медсестра. Ей явно охота поговорить, а у Алены ком в горле встал, слова совсем не идут.
Она родила пять дней назад. Начались схватки, она сама вызвала скорую, сама платила врачам, из своих сбережений. Последние два месяца все сама… Она учится жить по иному. Выходит плохо, мысли подобно червякам копошатся в голове, лишая ее последних капель душевного равновесия.
Она продала свои украшения. Кое-что из техники, чтобы были деньги на первое время. Еще надо было заплатить круглую сумму за мать. Надежду она определила в дом престарелых со специальным уходом.
Это было то еще испытание. Мать кричала, сыпала проклятиями, угрожала, укусила мед работника. Но другого выхода Алена не видела. Правильно сказал Рома, пока мать в таком состоянии, она сделать ничего не может. А ее угрозы лишь пустой звук.
Часть денег дала Лера на лекарства на первое время.
Они не виделись. Изредка общались по телефону. Лера была отстраненной и вежливой. Словно чужая…
Это было больно. Наверно до конца только сейчас она поняла, насколько дорога и близка была сестра. Ведь даже ненавидя, Алена с радостью приходила в их дом, она привыкла, что по первому зову сестра бежит на выручку…
Что она натворила?!
— Лер, я же сама про аварию не так давно узнала… Глаза открылись…
— Я понимаю тебя.
