— Мам! Прекращай! Никто тебя на тот свет не отпускает! — весело говорит Павел. Подъезжает ко мне и добавляет, — Только неудобно все равно, Лер, как иждивенцы в хоромах. Мы много вещей с собой не брали. Я пару картин прихватил, краски, самое необходимое.
Парни как раз заносят в дом холсты.
— Ты очень талантлив, Паш, — говорю искренне.
— Ой, брось, — машет рукой. — Так мазня, никому не нужная.
— А ты пробовал продавать?
— Не смеши, Лер, — опускает голову, голову в плечи вжимает, словно мгновенно уменьшается в размерах.
— Мне еще не хватало посмешищем стать."
"— Паш, я, конечно, далеко не эксперт. Но твои картины, те, что я дома у тебя рассматривала, и сейчас увидела, они невероятно реалистичны, мрачные, завораживающие, таинственные, от них сложно взгляд отвести.
— Мне не нужна жалость, — поджимает губы.
— А если я попробую их продать? — хватаюсь за безумную идею, возникшую у меня в голове.
Глава 49
— Шутка не удалась, — сразу замыкается в себя, словно отгораживается.
— Я не шучу.
Работая в ветеринарной клинике, я вела социальные сети, договаривалась о рекламе. Конечно, это разные вещи, но я могу попробовать. Паш, — беру его за руку, — Хуже ведь не будет.
— Будет! — восклицает с запалом. — Стану посмешищем!
— Не станешь, — заявляю твердо, ловлю его взгляд. — Ты талантлив!
— Ай, — машет рукой. — Делай что хочешь. Отвлекись от проблем, — становится немного мягче. — Но если ничего не получится, не жалуйся.
— Не буду! — наклоняюсь и целую его в колючую щеку.
Когда в жизни дурдом, иначе охарактеризовать происходящее не могу, то действительно необходимо себя чем-то занять. Иначе мысли убивают.
В голове тут же выстраивается четкий план, что необходимо сделать в первую очередь. Откладывать задуманное не собираюсь.
— Ого, какие хоромы, — старушка удивленно смотрит по сторонам.
— Лариса Эдуардовна снимает этот дом. Сейчас вам покажу вашу комнату на первом этаже, — везу Зою Ивановну.
А у самой впервые после того злосчастного дня на душе спокойствие.
Раны все равно кровоточат, но я не позволяю себе концентрироваться на боли.
После того как парни разобрались с вещами, я всем показала их комнаты, мы отправляемся на кухню. Люди, пережившие столько лишений и предательство, дарят мне невероятный уют. Дом, который отталкивал меня с первого взгляда, сейчас излучает теплоту, благодаря родным людям.
— Ты не одна, Лерочка. Мы с тобой, — словно читая мои мысли, говорит Зоя Ивановна.
