Осознание пустоты и одиночество захлестывают меня и я тону в этом чувстве, лежа в кровати часами, в невозможности сомкнуть глаз, забыться блаженным сном."
"Анны нет рядом, и это наказание, похуже настоящей пытки. Могут ли они заменить ее? Я чувствую их прикосновения, поцелуи и ласки, чувствую, как они развязывают тесемки на моей одежде, расстегивают ремни своими тонкими пальцами, шепчут нежные слова, как всегда делали это. Но почемуу я теперь ничего не чувствую, кроме пустоты?
Никто не может заменить истинную. Сколько ни обманывай себя.
Правда ясна и понятна.
Словно сияющий драгоценный камень, любовь к Анне живет в сердце. Я закидываю камень грязью, пылью, оскверняю его другими женщинами, пытаюсь испепелить утолением зова дракона, зова плоти, но ничто из этого не помогает. Внутри, под всеми этими слоями грязи и похоти. все равно сверкающий, переливающийся яркими цветами драгоценный камень, он никуда не делся, он всегда был здесь. Даже если она умрет, он не исчезнет. С ней всего лишь умрет надежда, но не любовь…
ОДна мысль об этом пугает меня до такой степени, что я готов отдаться пламени дракона, снова броситься в омут этих чужих ласк, таких желанных, таких сладких, но таких губительных.
Я отрешенно наблюдаю за тем, как они тянут меня к кровати. Укладывают на нее. Смеются, целуют и гладят. Показывают свои обнаженные тела, ловя мой взгляд…
Зачем я это делаю?
— Уходите, — вдруг слышу я собственный голос.
— Мы не уйдем, князь, мы будем с тобой, — шепчет София, впивается губами в мои губы и я чувствую ее горячий язык.
Она обвивает меня своими руками, цепляется, словно боится выпустить. Словно знает, что ее власть над моим телом ослабевает с каждым мгновением.
— Нет, — говорю я, прерывая поцелуй. Чувствуя на языке привкус тлена, привкус предательства, привкус отчаяния и страха. — Уходите. Мне сейчас не до вас.
Они смотрит на меня удивленно. Три пары глаз.
— Но ведь…
— Я сказал вон отсюда! — рычу я и принимаю промежуточную форму. — Уходите, пока мой гнев не навредил вам. Я не желаю никого видеть.
— Мы что-то сделали не так? — спрашивает София, с дрожью в голосе, дрожью обиды и даже… претензии.
Остальные две уже выбежали из комнаты, но она не такова, она не боится меня, она бесстрашно стоит на пороге. прижимая к себе одеяло.
— Все не так! — рычу я. — Это все неправильно.
Я прохожу мимо нее, приковывая к месту огненным взглядом глаз дракона.
— Постойте, князь! — кричит она вслед.
Но я уже не слушаю. Сверкающий камень начинает сиять еще ярче.
