Он не шутит, он совершенно серьезен. Но как такое может быть? Неужели…
— Я воспользовался моментом, чтобы не упустить свой шанс, и видит бог, я сделал это вовремя, — говорит он.
— Что вы сделали, князь? — спрашиваю я и до меня только в эту минуту начинает доходить весь смысл его слов.
— Ввел в заблуждение всех, включая императора и вашего брата, а так же князя Зенедира Салемса и его прихвостней. Но я сделал это ради империи, ради будущего, ради мира и благополучия всех.
Он говорит спокойно и смотрит на свои ногти, так, словно рассказывает мне о том, что собирается отведать сегодня на ужин.
— И вы говорите это мне?
Я отхожу от него, не в силах осознать его слова. Неужели он настолько хладнокровен. Что за игру он ведет и почему говорит об этом мне? Хочет сделать меня своей соучастницей, зная, что мое положение как никогда шатко? Ведь если это правда, сейчас он впутывает меня в нечто куда более ужасающее, чем простая измена. Такой обман не простит ни один приверженец драконьего бога.
— Зачем вы…
— Зачем сказал вам? — он поднимает на меня глаза, в которых плещется дикий драконий огонь.
В этом огне ярость, злость, страсть и нетерпение. Его огонь совсем не похож на ровный и мудрый огонь моего покойного мужа. В этом огне и ложь, и правда и отчаянный порыв и невероятная жажда чего-то… Власти? Свободы?
— Вы же обрекли на смерть собственную супругу. Если она не беременна и отправилась в полет с императором, то нет ни одного шанса, что она может быть жива. Значит вы солгали и о том, что она жива? Значит каждое ваше слово ложь? Уходите, пожалуйста, уходите немедленно, пока я не вызвала охрану, чтобы они арестовали вас за измену.
— Нет никого, кто был бы вернее империи, чем я, Лилиан, — говорит он спокойно, — Она жива, я знаю это так же ясно, как то, что мое сердце бьется. Я чувствую ее жизнь. Не знаю, как это возможно, но она выжила каким-то чудом. И она сейчас где-то там и я нужен ей, ей нужна помощь. Еще есть шанс все исправить. Еще есть шанс спасти империю, только отдайте приказ начать поиски…
— Вы, должно быть, обезумели, князь, я не могу поверить в то, что вы говорите.
Я не понимаю. как вы обвели всех вокруг пальца, и не понимаю, что вы собираетесь делать теперь.
— Что я собираюсь делать? Нет ничего проще, чем спросить меня, — говорит он, и берет меня за руку.
Я хочу высвободиться, но глядя в его глаза, чувствую, что они покоряют меня своей властнйо силой. Я каким-то странным образом и верю и не верю ему одновременно.
