Не могли бы вы подъехать в третье отделение со всеми необходимыми документами и уладить все формальности? – тараторит молодая девушка, а у меня все мысли в голове путаются.
Если бы с этим самостоятельным дураком что-то случилось, мне бы сообщила охрана. Но они молчат. Не верю. Это развод какой-то, что ли?
– Вы уверены, что у вас в отделении находится именно он?
– Что происходит? – подавшись вперед, спрашивает отец, но я жестом показываю ему молчать, а сам тем временем встаю со стула.
– Да, уверена. При нем были документы.
Мужчина после аварии. Это стандартная процедура, когда мы просим родственников приехать. Я хотела позвонить контакту «Сердце мое», посчитав, что это жена, но все же лучше будет, если вы сами ей о таком сообщите. Вы сможете подъехать?
Врет или нет? Не могу понять. Судя по шуму на фоне, там действительно суета какая-то. Поехать? Стоит, но все же не понимаю одного, почему нет звонка от охраны? Завтра всем устрою разнос. Значит, паршивец горячий сбежал, а они упустили.
"
"Сказал же ему, что со всем разберусь. Не послушал. Героя включил. Ничего, впредь умнее будет. А как поправится, объясню ему доходчиво, кто в наших семьях и за что отвечает.
– Алло.
– На этот номер сбросьте адрес. Я сейчас подъеду.
Не слушаю, что она еще говорит, сбрасывая вызов. Сжимаю телефон в руках, едва не раздавив, настолько во мне много злости. Кому-то придется не сладко. Ой, как не сладко. Распустились без моего личного контроля, пока я мечтал о малышке. Ашшш.
– Сидите здесь. Гостевая спальня, как всегда, в вашем распоряжении. Пока я не вернусь, из квартиры не смейте выходить. Я не шучу. Все вышло за рамки.
– Дамир? – обеспокоенно спрашивает мама, а в глазах Милы читается любопытство и испуг, которые она пытается погасить, оставляя в них только переживание за меня.
– Батур в больнице. Нападение. Аме ничего не говорите. Сначала надо все выяснить. Сам скажу, – подхожу к Миле и, обняв за талию, нежно целую, хотя губы все же сначала жадно хватают ее.
Нет, сейчас я должен ее успокоить, поэтому ласкаю на максимуме, чтобы она не заметила фальши. Я тот, кто ее от всего укроет. Она никогда не узнает, что стене страшно, иначе это не стена, а кусок картона, способный упасть от легкого ветерка.
– Ничего не бойся и знай, ты хозяйка моего сердца, никто этого не изменит. С остальным справимся. Не натвори глупостей без меня.
Не шепчу. Специально, чтобы отец слышал и подумал над своим поведением.
