- У меня жизнь кончилась, - произнесла я.
Он рассмеялся:
- Да ладно тебе! Парень бросил, небось?
Я зарыдала. От боли сводило виски. Уж лучше бы Ника! Я часто себе представляла… вас с ней. Но не мать.
Сторож позволил остаться. Не лез! Я рассказала ему про спектакль. Сам он лёг на диване. Свернулся калачиком. Долго глядел на меня.
- Красивая, - послышалось в тишине.
Я проспалась. А утром пошла упаковывать вещи. Денег было отложено мало. «Ещё подкоплю и могу оплатить себе хату, где-нибудь на окраине города», - думала я.
И пускай! Буду чаще пешком ходить. Только подальше от вас. От обоих!
Придя во двор, огляделась. Твоего мотоцикла нигде не было. Зато мать была дома. Я оттолкнула её от двери. Не разуваясь, прошла в свою спальню. Ах, извините, бабулину!
Я достала рюкзак и принялась трамбовать. Пока только летнее. Хотя пару кофт прихватила. Ботфорты стояли в углу. Я не стала их брать, как и платье, в котором была в Новый год. Оставила многое…
Мама стояла в дверях:
- Ну, и куда ты собралась?
- Я уже совершеннолетняя! Ты мне не указ! – огрызнулась я резко.
- Ань, ну вы бы всё равно с ним расстались. Я просто ускорила этот процесс, - ответила мама.
Я потрясённо воззрилась на эту совсем незнакомую женщину. Волосы гладко зачёсаны. Под глазами круги. В целом, ни грамма раскаяния!
Глядя в распахнутый зев рюкзака, я хотела ударить наотмашь. Но внезапно сказала:
- Ты никому не нужна! Сдохнешь одна в вытрезвителе.
Она выпрямилась:
- Вот же дрянь! Растила тебя, растила.
А выросла дрянь!
- Значит, было в кого, - усмехнулась я.
Бросила пачку тампонов, роман и губную помаду.
- Ну, и куда ты собралась? – мама вернулась в «исходную».
- Я ещё не собралась, - ответила я, распахнула совместную дверцу.
Достала из шкафа пальто и кроссовки. Долго думала, куда запихнуть.
- Аня! – окликнула мама.
- Ну, и как оно? – фыркнула я, сгребая со столика мелочь.
- Ань, ну куда ты пойдёшь? На панель?
Я опешила:
- По твоим стопам, значит.
Мама всплеснула руками:
- Ну что ни слово, то грубость! Вот же неблагодарная.
- А за что мне тебя благодарить? – мой голос сорвался на всхлип, - За то, что ты мне жизнь поломала?
- Не преувеличивай! Жизнь тебе поломала не я, а отец твой чумной. И бабуля! – сказала мама.
По её виду и впрямь ничего не случилось. Обычное летнее утро. Только в другом измерении.
- Бабушке что я скажу? – дополнила мама картину.
- Правду скажи, - ответила я, - Скажи, что целовалась с моим парнем.
