С Никусей и с Лёлькой, с сокурсницей. С Катькой – в последний раз месяц назад. А после наткнулась на номер Марата. И хотела ему написать. Но не стала! Вместо этого стёрла «следы». А его телефон обозвала «Работа» и сохранила в своей записной.
Глава 22. Витя
В среду, в день твоих проб, я сидел в автосервисе. Я пытался работать. Не мог! Я всё думал и думал, что зря не пошёл. Не сумею утешить тебя. Я был уверен, что это провал, что тебя не возьмут. Ты ведь даже ещё не актриса. К тому же, сама говорила, что шансы малы.
Но отчего-то душа ощущала навязчивый трепет. Будто мне самому предстояло сыграть на подмостках у всех на виду.
Я заменил колесо у Нисана, проверил давление прочих колёс. Рано утром отправил тебе смс, с пожеланием. «Удачи, малыш», - так я тебя называл. Я любил называть тебя Нютка. Это казалось мне ласковым прозвищем, на фоне того, как тебя окликали друзья. Жека впервые назвал тебя Нюркой в тот давний визит, да так и использовал эту простецкую форму.
Ты ответила: «Я тебя лю».
Эта привычка скрывать свои чувства меня раздражала. Я ведь знал, ты любила меня! Я же сам мог кричать о любви. Говорить это слово, как зов, как молитву. А ты - никогда. Только это короткое «лю» утоляло мой чувственный голод, заставляло поверить, что «блю» не заставит себя долго ждать.
Со спины подобрался Виталик. Я, стоя у входа, курил. С той поры, когда наш автосервис выплачивал долг, много воды утекло. Он винился, я слышал его обречённые речи за дверью отцовского офиса. Хотел добровольно уйти, но отец не позволил ему.
Когда он узнал, что я взял вину на себя, то хотел разделить со мной бремя. Но теперь уже я заартачился! Убедил его в том, что оплошность моя. И безропотно стал отдавать свои деньги.
Долг был практически выплачен. И я мог вздохнуть, ожидая, что вновь накоплю. Нам на отпуск. На съёмную хату. На жизнь, о которой мог только мечтать.
- Вить, чё как? - поинтересовался в привычной манере Виталик.
Он прикурил от моей сигареты, и мы теперь оба дымили, глядя на изгородь перед собой.
- Да норм, а ты? - отозвался я коротко.
Он зажал сигарету в зубах и достал из-за пазухи что-то. Конверт. Протянул его мне.
- Вот, я тут собрал кое-что.
Я даже не стал прикасаться. Очевидно же, деньги внутри!
- На фига? - выдохнул грубо.
Виталик слегка подымил, после сунул конверт мне насильно. Но я оттолкнул его руку.
- Так будет честно! - настаивал он.
Осенью он ожидал пополнения. Начнутся пелёнки, игрушки и прочая муть.
