— Полжизни принимают по полсотни клиентов в неделю, а потом притворяются святыми в монастыре. И верь потом всем этим матушкам, что они благочестивы и безгрешны. Фу лицемерие, да и только!
— И не говори, — поддакнула ей собеседница. — Вон эта… типа госпожа… я легко могу представить ее во фривольном наряде и без панталон. Она-то и на послушницу совсем не похожа. Глазищами как зыркнет! Мужики сразу и соблазняться начнут. Ты это… мужа своего побереги! Чтобы с ней не соприкасался… Господин-то на ней женился для виду только, а сам к ней даже в спальню приходил притворно.
Фида говорит, что они не разу не спали вместе. Хозяин просто сделал вид, что у нее переночевал. Да кто же в своем уме сношаться будет с порченной-то? А родители ее скрыли, что она бордельная была, вот король и потребовал, чтобы господин женился на «святой деве». Мол, будет мужу опора и помощь. Доверчивый Его Величество!!!.А вчера эта распутница к больному управляющему приходила. Типа лечить. Может, с дурными умыслами, а? Кто знает, что там в головах у гулящих девок? Никакой монастырь заразу позорную из них не вытравит…
Я слушала эту мерзость с открытым ртом.
Так вот почему, от меня шарахаются, как от чумной! Кто-то пустил слух, что я была куртизанкой.
Мне аж поплохело…
Глава 10
Отвечу ее же оружием
Я поднималась по скрипучей лестнице на чердак, ведомая любопытством и желанием исследовать скрытые уголки поместья. А, собственно, чем мне еще заниматься, если я здесь, по сути, бесправная пленница?
Чердак оказался пыльным и душным. Лучи света пробивались сквозь узкие щели в крыше, подчеркивая хаотичный беспорядок.
Старые сундуки, паутина, сломанная мебель… Запах затхлой древесины и заброшенности наполняли воздух.
Вдруг мое внимание привлекли приглушенные всхлипывания. Сначала я подумала, что мне послышалось, но звук повторился.
— Здесь кто-то есть? — спросила тихо.
Ответа не последовало, но всхлипывания стали громче. Я направилась на звук и заметила в дальнем углу скорчившуюся фигуру.
Незнакомая девушка сидела на сундуке, согнувшись и пряча лицо в ладонях.
Ее плечи подрагивали. Я узнала ее не сразу, только когда подошла ближе. Высокая, худая, с крупными чертами лица — это была личная служанка Себастьяна, которая постоянно бегала по его поручениям. Я не раз встречала ее в коридорах. Она обычно выглядела сдержанной и серьезной, а сейчас казалась совсем другой — абсолютно растерянной и сломленной.
— Анна! — я сделала шаг ближе. — Что с тобой случилось?
Она вздрогнула, но не подняла головы.
