— Я никогда не хотела оказаться на месте этих служанок, — добавила Анна, избегая моего взгляда. — Мне противна одна мысль о том, чтобы быть использованной. Просто меня еще никто прямо в лицо уродиной не называл, и вообще… мне теперь страшно здесь работать!
— Как давно ты здесь? — спросила я, стараясь перевести разговор в более спокойное русло.
— С юности, миледи, — выдохнула она. — Мне было пятнадцать, когда я сюда попала. Тогда хозяин был еще молодым и не таким… неразборчивым. Хотя даже в те времена он иногда приводил женщин, в основном гулящих.
— А сейчас? — я внимательно посмотрела на нее.
— Сейчас его фаворитка в поместье — Фида, — Анна понизила голос, будто опасаясь, что кто-то может услышать ее. — Она совсем не такая, как остальные его любовницы…
— Какая именно? — уточнила я, чувствуя, как внутри разгорается ненависть.
— Хитрая, злая, — Анна нервно сжала пальцы. — Она умеет расправляться с теми, кто ей мешает. Если она узнает, что хозяин приставал ко мне… боюсь, мне несдобровать.
— Что именно она может сделать? — мой голос стал ледяным.
Анна опустила голову, будто боялась встретить мой взгляд.
— Да что угодно, миледи… — прошептала она. — Избить, опорочить, нажаловаться ему в конце концов. Она и против вас настраивает всех.
— Против меня? — я ощутила, как напряжение нарастает, но старалась говорить спокойно.
— Да… Она говорит… что вы… — голос Анны дрогнул.
— Что я? — осторожно подтолкнула я.
— Что вы были гулящей женщиной до того, как попали в монастырь, — выпалила она и тут же потупила взгляд.
— И что ваши родители отдали вас туда, чтобы скрыть этот позор. Простите, но вы просили говорить с вами открыто…
Я крепко сжала руки в кулаки, чувствуя, как внутри разгорается гнев.
— Значит, это она, — прошептала я, едва сдерживаясь.
Анна подняла на меня тревожный взгляд.
— Простите меня… я не хотела открывать вам все эти ужасы.
— Всё в порядке, — твердо ответила я, стараясь не показывать своих эмоций. — Ты правильно сделала, что сказала мне. Надеюсь, в будущем ты всегда будешь откровенна со мной.
Я подсела ближе и посмотрела ей прямо в глаза.
— Давай договоримся, Анна. Я постараюсь защищать тебя, где смогу, а ты будешь служить мне. Все-таки вдвоем лучше, чем поодиночке, правда?
Анна кивнула, и в ее глазах появилась маленькая, хрупкая надежда. Кажется, ей было очень тяжело жить.
Когда я спускалась с чердака, на душе было тяжело. Если бы Фида просто спала с Себастьяном, мне не было бы до этого дела.
