И он сделает это, если ты тронешь меня или мое дело!
Я видела, как сжались его кулаки.
— Мы вроде бы договорились сотрудничать, — продолжила я. — Но ты так быстро изменяешь своим словам… Только неблагородные личности не держат своего слова.
Себастьян остановился в трех шагах от меня, его губы скривились в злобной ухмылке.
— А я и не благороден, — бросил он с вызовом. — И твои угрозы яйца выеденного не стоят. Ты никто! И навсегда останешься серой, невзрачной, монастырской мышью, пока я буду любить округлых и горячих красоток!
Он выплевывал каждое слово с таким остервенением, будто это должно было меня задеть.
— Прекрасно, — ровно сказала я, удерживая его взгляд. — Значит, у нас взаимное согласие. Ты наслаждаешься своими «красотками», я продолжаю свое дело. Мы больше не мешаем друг другу.
Он моргнул, будто только что услышал нечто нелепое.
— Думаешь, я оставлю все как есть? — фыркнул он. — Думаешь, позволю тебе позорить мою семью, выставляя себя лавочницей?
— Я не спрашиваю разрешения, — отрезала я.
Произнесла это так холодно и отстраненно, что Себастьян впервые на миг опешил. Но тут же снова сжал челюсти, потому что очередная волна гнева захлестнула его.
— Ты еще пожалеешь! — прорычал он. — Ты даже не представляешь, во что ввязалась!
— Возможно, — ответила я спокойно. — Но я готова рискнуть.
Мы долго смотрели друг другу в глаза.
Я знала: он не сдастся. Он обязательно что-то придумает. Но теперь и он знал кое-что обо мне — я тоже не намерена отступать.
Развернувшись, я вышла из кабинета, оставив его наедине с собственной яростью.
* * *Вышла из поместья с твердой решимостью. Договоренности с Себастьяном оказались лишь дымовой завесой, отвлекающим маневром. Он надеялся, что я добровольно изолирую себя, буду молчаливо сидеть в четырех стенах, как покорная жена. Но он ошибся.
Отказаться от званых вечеров я еще могла — не то чтобы они меня привлекали. Однако полностью исчезнуть из общества? Никогда. Я приложу еще больше усилий, чтобы доказать, что могу выстоять.
С самого утра я сгребла все свои накопления, пересчитала их несколько раз, убедившись, что денег хватит, и поехала в город. Я не просто расширяла свое дело — я укрепляла свою независимость."
"В центре города я нашла двухэтажное здание с просторными окнами, ажурными ставнями и каменной лестницей, ведущей к парадному входу. Фасад нуждался в обновлении, но внутри был вполне приличный ремонт.
