Я даже открыла рот для этого.
Но позади раздалось покашливание.
Я резко обернулась.
И замерла.
Передо мной стоял Андрос.
Конюх Себастьяна и его шпион.
Бледный, сжимая пальцы на поясе, он мрачно смотрел на меня.
О Боже.
Теперь Себастьян узнает, что я сидела в таверне с незнакомым мужчиной. Он меня за это придушит.
Это точно.
— Госпожа, — проговорил мужчина, слегка кланяясь. Его лицо было непроницаемым. — Господин послал меня немедленно отыскать вас. Он ждет.
Похолодев, я поднялась на ноги.
— Спасибо, Эдриан, что уделили мне время, — произнесла я бесцветным голосом. — Желаю вам хорошей дороги.
Он тоже поднялся и слегка кивнул. Побледнел… нет, посерел, словно едва мог вынести происходящее. Я поспешно попрощалась и ушла, чувствуя, как сердце начинает кровоточить.
* * *Карета тряслась на ухабах. На козлах сидели целых два конюха и молчали. Я была растеряна.
Что делать?
Я могла попасть под горячую руку мужа. Я ему не изменяла, но он вряд ли поверит.
Искусала себе губы.
Когда карета остановилась около поместья, было уже темно. Я выбралась наружу и подозвала к себе Андроса.
Прямо предложила ему деньги за молчание, но он с хитрой улыбкой отказался.
— Я верен господину, — ответил он многозначительно, и тогда мне пришлось быстро кое-что придумывать.
Темнота была на моей стороне. Я пристально вгляделась в лицо самодовольного конюха и позволила своему дару иллюзии действовать.
Лицо мое подернулось дымкой, глаза покраснели, на коже проступили рубцы, обезображивая лицо.
Глаза конюха расширились в ужасе. Он открыл рот, но из него не вырвалось ни слова, только прохрипел что-то и начал отступать.
В этот момент я грубым голосом прошептала:
— Если проболтаешься, я нашлю на тебя такую немощь, что ты никогда больше в своей жизни не ляжешь с женщиной. А если промолчишь — нечистая сила будет обходить тебя стороной.
Перепуганный до смерти мужчина отчаянно закивал.
— Да, конечно, я могила! То есть… я не могила, я не умру… Я имел в виду, что я промолчу.
Госпожа ведьма, никто ничего не узнает…"
"Развернулся и убежал прочь, а я сняла с лица иллюзию и пошатнулась.
Такую дичь я не создавала еще никогда. Она отняла у меня массу сил и заставила совесть укоризненно уколоть душу.
Но другого выхода не было.
Эдриан ушел из моей жизни.
Все, что мне осталось, — это месть.
И я продолжу мстить, если Себастьян отречется от своих обещаний.
